Пингвины Бунина и Горького.

(как писатели пиявят друг друга)

Пингвинята отбиваются
от нападения Буревестника.
Скриншот из фильма BBC, 
см. в конце заметки

Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах… Только гордый Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!

Это у Горького. А у Бунина есть рассказ "Пингвины". (текст.) Начинается ночью в Ялте, где писателю хочется выпить, но нигде ни огонька. Есть один кавказец Давыдка. Бунин идет к нему, спрашивает, где свет? Оказывается, свет только на маяке! Бунин идет к маяку — и оказывается в Поти, в Грузии. А вокруг одинокого светоча эпохи над пропастью кружатся и клюют друг друга чайки и пингвины. (Рассказ 1929 г.)

Бунин явно язвит, иронизирует над образами горьковской "Песни о Буревестнике" (1901). К тому времени Горький сам стал "Буревестником революции". До революции они с Буниным были друзьями, их Чехов лично познакомил на набережной Ялты, недалеко от дамы с собачкой. Бунины бывали много раз у Горького на Капри, но это до революции, а после 17-го года только обменивались заочными тычками.

Прочитал и откомментировал новый перевод "Penguins" на английский by Stephen Dodson. (Читайте в блоге Languagehat здесь) А доктор Гугль тут же контекстно предложил сюжет David Attenborough, BBC Earth, как юные пингвины смело отбиваются от нападения кровожадного буревестника (Petrel). 

Никто не прячет робко тело жирное в утесах. Там пингвинятам еще на помощь приходит активистка из комитета пингвиньих матерей. Причем мама другой этнической принадлежности! 

И буревестник бежит ни с чем.

Про пингвинов первый сюжет в видео —

©А.Аничкин/Тетрадки. 

Подписывайтесь на наше издание — достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы слева.

Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1 евро/30 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Граф Толстой и доктор Чехов

Толстой не любил Чехова.

Граф Толстой не любил доктора Чехова.

Романист граф Толстой не любил рассказы доктора Чехова. Доктор Чехов не любил проповеди Толстого. Про “Даму с собачкой” Толстой говорил, что это история из жизни собак, а не о человеческой любви. Про “Крейцерову сонату” Чехов говорил, “она мне смешна и кажется бестолковой”.

Про докторов в “Крейцеровой сонате” Толстой говорит: “мерзавцы”. Доктор Чехов тогда, в 1889 году, еще не понял, что это и про него. Потом, через год, съездил на Сахалин и, как доктор, понял. Суворину написал: “Толстовская мораль перестала меня трогать, в глубине души я отношусь к ней недружелюбно.”

И доктор Чехов решил отомстить графу Толстому, который не только не любил докторов, но еще и мяса не ел, даже второй свежести. 

В повести “Моя жизнь” Чехов вывел мясника Прокофия, который “во время холеры лечил лавочников перцовкой и дегтем и брал за это деньги”. Однако влетело Прокофию не за это, а за диффамацию: “Как я узнал из нашей газеты, его наказывали розгами за то, что он, сидя в своей мясной лавке, дурно отзывался о докторах”.

На фото: Чехов и Толстой в Гаспре (Ялта) в 1901 г. Автор фото предположительно С.А.Толстая.

©А.Аничкин/Тетрадки. 

Подписывайтесь на наше издание, чтобы не пропускать наши яркие заметки (достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы слева). 

Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Как Немирович спас "Чайку"

Читаю биографию Чехова на французском (Tchekhov, Virgil Tanase, Galimard, 2008). Никогда не знаешь, какую вдруг новую деталь узнаешь. 

И точно: оказывается, Станиславский не верил в успех “Чайки”, когда МХТ готовил ее постановку в Москве в декабре 1898 года. Все делал Немирович-Данченко. Даже при том, что сам Станиславский играл ведущую роль в спектакле — Тригорина. Книппер, между прочим, играла не Нину, а Аркадину! А Треплева играл Мейерхольд.

Чехов в это время оставался в Ялте. Страшно боялся нового провала после неудачной первой постановки в Петербурге. К тому же у него было оправдание: обострилась болезнь и врач Альтшуллер ему категорически не советовал ехать в зимнюю Москву. Сестра писателя Маша умоляла Немировича отказаться от постановки или хотя бы отложить ее. 

Немирович был неумолим. Он-то, как главный мозг театра знал, что от успеха или неуспеха зависит, выживет ли театр или конец. Кроме того, у Немировича был волшебный талисман, даже два. Это кроме режиссерского и продюсерского таланта. Немирович неизменно имел рядом бокал шабли и при каждом затруднении отпивал. Второй талисман — зеленый портсигар. Почему именно зеленый, я еще не дочитал, но точно, что он помог.

Монолог Нины из четвертого действия пьесы — "Я — чайка!" Исполняет Мари Кунтанс (Marie Countance) —



©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание, достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы слева.
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Чехов и море.

Как я провел летние каникулы

Сочинение

А.Аничкин, 4 августа - 11 сентября 2018, Бревилль-сюр-Мер

Ольга Книппер и Чехов, 1901 г.

Лето мы провели у моря. Далеко не уезжая. От нашей глухомани до ближайшего пляжа — чуть больше часа. В одну сторону Атлантика, в другую — Ла-Манш. Нормандия — это вам не Сочи с Геленджиком. Тут не галька сломай-ногу, а золотой песок всевозможных оттенков, дюны и сосны. Как в Прибалтике, только море два раза в день уходит на сотни метров, иногда на несколько километров, а потом снова быстро прибывает. 

День выдался солнечный, жаркий и безветренный. Море — смеялось. Нас окружали сотни голых французов и француженок. С собой у меня была книга о Чехове и его жене Книппер. Постепенно я увлекся и пожирал страницу за страницей вместо того, чтобы разглядывать приятные формы пляжного народа. 

В 1901 году Чехов жил на море в Крыму, а Книппер в Москве. В Ялте Чехов написал тогда “Три сестры”. Роль Маши была специально для Книппер. Полковника Вершинина в пьесе играл сам Станиславский. Премьера с триумфом прошла в январе 1901 года. Через некоторое время в труппу Художественного театра пришел Василий Иванович Качалов — потом звезда МХАТа и долгий сценический партнер Книппер. Станиславский отдал ему роль Вершинина в “Трех сестрах”. Антон Павлович приехал в Москву на первое представление пьесы с Качаловым. 

Молодому артисту не терпелось узнать мнение Чехова — как он сыграл эту непростую роль. Чехов кашлянул, поправил пенсне и сказал:

— Вы отдаете честь как лейтенант, а не как полковник.

  

Я прыснул, прочитал еще раз — и просто захохотал. На всякий случай посмотрел вокруг. Был прилив. На пляже появилась новая группа: три дамы и мужчина с седой бородой и в “капитанской” фуражке. 

— Ага, — сказал я себе. — Полковник Вершинин и три сестры.

Повернулся к зонтику и сказал:

— Послушай вот это, — стал снова читать, вслух. Чехов приехал на “Три сестры”. Качалов спрашивает, ну как? Чехов: вы салютуете не как полковник, а как лейтенант.

Мы засмеялись уже вместе.

Ещё раз искупались и стали собираться. А дамы со своим полковником всё не устраивались, не раздевались, поглядывали и топтали круги в нескольких шагах от нас. Наконец я не выдержал.

— Извините, вы что-то ищете? — спросил даму поближе.

— Нет-нет, мы просто ждем, когда вы уйдете, — просто ответила она.

— Когда мы уйдем? Это почему это?

— Хотим занять ваше место…

— Наше место? 

Я посмотрел на наше место: зонтик-парасолька, сумка и два пляжных полотенца. Потом взглянул налево — широкий песчаный пляж уходил вдаль, в дымке виднелась скала Гранвилля с домом Кристиана Диора и казино. Направо пляж уходил к горизонту и там терялся в синеве.

— Наше место? Наше место сдается напрокат. Можем даже сдать совершенно безвозмездно, то есть даром, — сказал я голосом Совы из “Винни-Пуха”. — Одно условие: скажите, почему именно это место?

— Ну как же! Это — счастливое место.

— Счастливое место? Как это?

— Вы так хорошо смеялись!

Такова сила Чехова. Такова сила моря.

Отрывок из комедии "3+2" — счастливое место на берегу —



©А.Аничкин/Тетрадки. 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Чехов и Толстой. Розовое и зеленое.

Розовый павлин с зеленым хвостом.
Картина Натальи Гончаровой, 1910,
х/м, 129х144, ГТГ

Нередко Чехов заочно, через свои произведения, спорил с современниками-писателями. Можно сказать, шпильки вставлял.

Вот Горькому. В “Доме с мезонином” Художник горестно размышляет:

“Обыкновенно я сидел на нижней ступени террасы; меня томило недовольство собой, было жаль своей жизни, которая протекала так быстро и неинтересно, и я всё думал о том, как хорошо было бы вырвать из своей груди сердце, которое стало у меня таким тяжелым”.

Это про “Горящее сердце” Данко:

“И вдруг он разорвал руками себе грудь и вырвал из неё своё сердце и высоко поднял его над головой. Оно пылало так ярко, как солнце, и ярче солнца, и весь лес замолчал, освещённый этим факелом великой любви к людям,..” 

Недавно перечитывал “Смерть Ивана Ильича” и одновременно “Скучную историю” — Чехов прямо отвечает Толстому, бросает ему художественный вызов.

В “Смерти Ивана Ильича” есть еще одна деталь, которую запомнил Чехов и потом страшно отомстил Льву Николаевичу.

Иван Ильич получил повышение и на новое жалование сам обставил просторную квартиру, выбрал мебель и обивку. Даже со стремянки упал, устраивая гардины. С этого случая началась его болезнь: 

«Петр Иванович вздохнул еще глубже и печальнее, и Прасковья Федоровна благодарно пожала ему руку. Войдя в ее обитую розовым кретоном гостиную с пасмурной лампой, они сели у стола: она на диван, а Петр Иванович на расстроившийся пружинами и неправильно подававшийся под его сиденьем низенький пуф. Прасковья Федоровна хотела предупредить его, чтобы он сел на другой стул, но нашла это предупреждение не соответствующим своему положению и раздумала. Садясь на этот пуф, Петр Иванович вспомнил, как Иван Ильич устраивал эту гостиную и советовался с ним об этом самом розовом с зелеными листьями кретоне.»   

Розовое с зеленым? Что-то знакомое! Ага, вот она, страшная месть Чехова, “Три сестры”:

«Наталия Ивановна входит; она в розовом платье, с зеленым поясом.

Наташа. Там уже завтракать садятся... Я опоздала... (Мельком глядится в зеркало, поправляется.) Кажется, причесана ничего себе... (Увидев Ирину.) Милая Ирина Сергеевна, поздравляю вас! (Целует крепко и продолжительно.) У вас много гостей, мне, право, совестно... Здравствуйте, барон!

Ольга (входя в гостиную). Ну, вот и Наталия Ивановна. Здравствуйте, моя милая!

Целуются.

Наташа. С именинницей. У вас такое большое общество, я смущена ужасно...

Ольга. Полно, у нас всё свои. (Вполголоса испуганно.) На вас зеленый пояс! Милая, это не хорошо!

Наташа. Разве есть примета?

Ольга. Нет, просто не идет... и как-то странно...

Наташа (плачущим голосом). Да? Но ведь это не зеленый, а скорее матовый. (Идет за Ольгой в залу.)»

©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание — достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы справа. 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Образ лошади в русской литературе.

(сочинение)

"Богатыри", Виктор Васнецов
х/м, 1898

Можно ли сказать, что в русской литературе лошадь — это, скорее, женский символ?

В русском языке кроме гендерной (кобыла-жеребец) есть еще стилистическая разница между словами лошадь и конь. Лошадь стилистически снижена по сравнению с конем. Отсюда и контекстуальная разница. Крестьянин пашет на лошади, казак едет на коне. 

Шахматная фигура называется конь. В советской комедии "Джентльмены удачи" персонаж советует: "Лошадью ходи!" И всем смешно.

Из русских писателей Лев Толстой, может быть, лучше всех других знал и любил лошадей. Кроме "Холстомера" у Толстого и в "Анне Карениной" это ярко. Фру-фру, лошадь Вронского — кобыла, гибнет после неудачного прыжка на соревнованиях. Эта гибель не прямо, но эмоционально связана с развитием сюжета: перед скачками Анна сообщила Вронскому, что беременна их ребенком. 

Похожие сцены, когда конь сублимирует мужскую агрессию, есть, например, в "Княжне Мери”. Печорин на Черкесе встречается на дороге с Мери, она пугается, но потом конфузится из-за своей ошибки. “Она смутилась, — но отчего? от своей ошибки или оттого, что мой ответ ей показался дерзким?” 

В "Тихом Доне" (книга 1, гл. 3) Григорий на коне теснит Аксинью у реки. Это тоже один из ярких примеров сублимации коня как мужского начала.

У Чехова тоже есть такой скрытый "лошадиный" мотив в "Доме с мезонином": "В это время Лида только что вернулась откуда-то и, стоя около крыльца с хлыстом в руках, стройная, красивая, освещенная солнцем, приказывала что-то работнику". Тут нет ни коня, ни лошади, но ясно, что Лида с хлыстом в руках сама, одна ездила или верхом, или правила повозкой. Это "мужское", агрессивное, лидерское — "конское", а не женское "лошадиное" в ней и пугает, отталкивает героя-мужчину. 

Финал "Андрея Рублева". В самом конце вдруг на несколько секунд появляются лошади под дождем. 

Шпалера.

(полузабытые слова)

Как-то получилось: на днях прочитал "Черного монаха" Чехова и небольшую новеллу "Радость в охапке" из книги (Вильяма) Вагана Мкртчяна "Серьезные курьезы" (книга есть на Озоне).

Как всегда, когда читаю, помимо общих размышлений о прочитанном, обращаю внимание на слова, оборот фразы.

В "Черном монахе" задним планом проходит процветающее в коммерческом отношении садоводческое хозяйство — и декоративное, и плодовое. Читаем:

"То, что было декоративною частью сада и что сам Песоцкий презрительно обзывал пустяками, производило на Коврина когда-то в детстве сказочное впечатление. Каких только тут не было причуд, изысканных уродств и издевательств над природой! Тут были шпалеры из фруктовых деревьев, груша, имевшая форму пирамидального тополя, шаровидные дубы и липы, зонт из яблони, арки, вензеля, канделябры..."

Все ли горожане, даже с дачами, узнают сразу, что такое шпалеры? Это не настенные ковры-гобелены, а решетчатые каркасы для вьющихся растений, иногда и для деревьев, которые садовник заставляет принять определенную форму. Шпалеры могут стоять стенкой, забором, аркой, галереей, беседкой или укрепляться на стене какого-либо здания.

В новелле Мкртчяна читаем: 

"Дальняя подсобка манила своими неясными очертаниями. Опутавшие ее каркас из светлого дерева красные прутья с еще не проснувшимися от зимней спячки листьями дикого винограда придавали ей загадочность".  

Явно речь идет о шпалере, укрепленной на сарае — "подсобке". Каркас, конструкция для поддержки растения — это и есть словарное объяснение того, что такое шпалера. Русская википедия с безапелляционностью, нередко присущей самодеятельным энциклопедистам, требует отличать шпалеру от трельяжа. Шпалера — для укрощения растений, трельяж — для опоры тех, что сами вьются. Хотя и общие русские словари, и английские (trellis) отмечают, что эта штука может относиться и к тем, и к другим.

Чехов понятно, он и сам был страстным садоводом. Здесь же у меня остался вопрос: узнает ли это слово средний русский без специального интереса к садоводству?

Абсурдизм в творчестве Чехова.

Чехов,
портрет работы В.Серова

Вот вы говорите, Хармс! Ионеско! Кафка там, и другие!

А вышли-то мы все из Чехова. Как XIX век вышел из "Шинели". Чехов и не романтик, и не реалист, и уж тем более не соцреалист, Чехов — настоящий, ранний модернист, авангардист периода символизма и Серебряного века, или же fin de siècle.

Это хитроумный Горький снял с него этикетки -измов, придумал, что он обличал буржуазную пошлость. Защитил так Чехова, чтобы в нем не узнали декадента, чтобы его, как и многих других, не "сбросили с корабля современности" пролетарские черносотенцы и поздние авангардисты — левые радикалы.

Аничкин на днях исследовал историю чаепития на Руси, в частности вопрос о чае с ромом, и наткнулся на юмореску "Кое-что" в трех частях. Вот, читайте часть вторую, почти что Хармс. Кто помнит фразеологизм Иванов-Петров-Сидоров, обратите также внимание на набор имен, которые первыми приходят на ум автору.

(В этих зарисовках реальные исторические персонажи, знакомые Чехова из эстрадно-театрального круга Москвы 1880-х).

2. ЗЛОДЕИ И г. ЕГОРОВ

Была прекрасная, чудная полночь. Свежий, душистый ветерок дул ко мне в открытое окно и заигрывал с огнем моей лампы.

У меня сидел известный звукоподражатель г. Егоров. Я и он пили чай с ромом и под шумок самовара услаждали друг друга беседами. Всё было тихо, смирно, ничто не мешало нам, и г. Егоров готов уже был усладить слух мой кошачьим пеньем, как за дверью моего кабинета послышался подозрительный шорох. Я слегка приотворил дверь, взглянул в свою спальную и помертвел. Ко мне в окно лез огромнейший человечина с топором в руке. За ним лез другой, за этим третий, и скоро моя спальная наполнилась злодеями.

— Надо их убить! — сказал один из них.

— Я готов, атаман! Мой топор сгорает от нетерпения тарарахнуть по чьей-нибудь голове.

— Иди и исполняй, мы же примемся за драгоценности!

Ну, как тут не помертветь? Я схватил г. Егорова за руку.

— Мы погибли! — прошептал я.

— Нимало! — сказал г. Егоров. — Мы сейчас их прогоним!

Сказавши это, г. Егоров присел у двери на корточки, заворчал и залаял цепной собакой.

— Куси, рви! — закричал я. — Иван, Петр... Сидор, сюда!

Г-н Егоров залаял сразу на несколько голосов, и моя скромная обитель наполнилась собачьим лаем. Казалось, что лаяла целая свора. И что же? Злодеями обуял панический страх, и они стушевались. Мы были спасены. Объявляю печатно г. Егорову мою искреннейшую благодарность.

Устрицы новогодние, французские

Устрицы! (фото автора)

Кому на Новый год оливье, а для французов Новый год без устриц — не Новый год. В этот праздник поедается до 75% ежегодного урожая!

Сейчас был в нашем городке: универмаги и независимые деликатесные уставлены корзинками, корзинами и корзинищами устриц всех размеров и разновидностей, включая особую, большую породу, называемую "tsarskaya". Русские аристократы, действительно, почитали устрицы, только "царская" появилась лишь в 2004 году. Видимо, для соблазнения наших нуворишей.

А исторически это самая что ни на есть пролетарская пища. Когда-то была бросовым источником пропитания для самых бедных. И не только во Франции. Рассказывают, в старые времена, еще до всеобщего загрязнения и потепления,  в гавани Нью-Йорка стояли баржи, увешанные сетками с набирающими вес устрицами — для докеров и другого рабочего народа. США и сейчас являются ведущим производителем устриц. Хороши также и ирландские, и английские. Французские же — это особое, это часть культурно-исторического наследия и, главное, новогодняя традиция.

В год во Франции выращивается от 80 до 150 тысяч тонн. Среднерыночная цена — от 7 до 8 евро за килограмм (в раковинах). Устричный бизнес в целом оценивается в сумму более миллиарда евро.

Устрицы хоть и пользуются "аристократической" репутацией, но вполне доступны, в разумном количестве, даже людям с небольшим достатком. Не все же, как Казанова, по 50 штук в один присест! Фермеры все же жалуются: кризис, спрос падает. Молодняк гибнет от какого-то странного мора, а устриц нужно продавать и покупать живыми. Если кто будет на Новый год свежих сам открывать, проверьте: раковина должна быть плотно закрыта. Если она приоткрыта, нужно тукнуть рукояткой устричного ножа — устрица тут же закроется. Если нет — лучше не рисковать. Ни шампанским, ни водкой не зальешь.

Я купил корзинку в две дюжины за 16 евро. Наверное, хватит. А может, и нет. Надежда на друзей — наверняка на ревейон (réveillon - встреча Нового года) кто-нибудь еще принесет. О сортах, размерах, способах открывания, приготовления и презентации, а также и о рекомендуемом для одноразового поглощения количестве, — об этом до драки спорят знатоки, повара, производители, продавцы и просто потребители. Конечно, устрицы не пищат и не сверкают глазами, как в рассказе Чехова, они — просто вкусные. Кто как, а я больше всего люблю свежих, живьем, из только что лично открытой раковины, спрыснув лимонным соком.

Иногда, впрочем, можно и запеченных. Вот опробованный рецепт, который рассказала знакомая француженка-писатель.

Духовку нагреть до 220 градусов.
Открыть крупные устрицы.
Слить из раковин воду.
В каждую устрицу налить немного сухого белого вина (столовая ложка или меньше). Покрошить толченного чеснока и петрушки,
сверху посыпать тертым сыром (твердых сортов, вроде пармезана).
В каждую раковину положить шарик сливочного масла (на кончике чайной ложки)
и посыпать сверху хлебными крошками.
Запекать не более 15 минут и сразу подавать.

Вино можно заменить шампанским. В Нормандии еще в этом же рецепте вместо вина употребляют сидр, яблочный или грушевый. Грушевый (называется пуарé — poiré или по-английски perry) — нечто особо нежное, бесподобное.

Это для тех, кто встречает с устрицами. С ними или без, все равно — с Новым годом!

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут несколько отличаться. 

FIFA без штанов и остальные

В Цюрихе прошла еще одна волна арестов высших сотрудников FIFA по международному ордеру из США. Задержанные подозреваются во взяточничестве, мошенничестве, отмывании денег и вымогательстве. Речь идет о миллионных суммах, нечестно «прилипших» к рукам футбольных чиновников.

Если так дальше дело пойдет, то скоро в FIFA никого не останется: ни сотрудников, ни денег, ни мячей, ни бутсов, ни трусов. И вместо таблички «кто последний уходит, выключите свет», придется повесить «кого последнего уведут».

Но почему «нефутбольные» США? И нет ли тут политической подоплеки? На фоне предстоящего Чемпионата мира в России и неблагоприятных событий последних полутора лет?

На первый вопрос ответ более или менее простой: потому что речь идет о долларах, международной резервной, но одновременно и американской национальной валюте. Общее руководство расследованием осуществляет Ричард Уэбер, глава IRS-CI — криминального дивизиона (уголовного управления) американской IRS — Internal Revenue Service, номинально внутренней налоговой службы США, но, как меня уверяют знатоки, имеющей также еще и одну из самых мощных мировых разведывательных служб. По всему миру у IRS-CI 3 500 сотрудников, в том числе 2 500 спецагентов. Это штучка посильнее ЦРУ или ФБР (ФБР, кстати, тоже занимается делом FIFA особым производством). Посильнее, потому что занимается отслеживанием денежных потоков, включая также и денежную сторону международного терроризма.

Что касается второго вопроса, то «заказ», если он вообще и был, вероятнее предположить не со стороны политической закулисы, а кого-то из коммерческих конкурентов, воюющих за футбольные деньги. Как говорили в Древнем Риме, cui bono — ищите, кому выгодно. Или, наоборот, кого обидели.

На Чемпионате мира в Бразилии FIFA получила рекордную сумму в 4,8 млрд долларов при расходах в 2,2 млрд. На стадионы, инфраструктуру FIFA ничего не тратила, это — из государственных средств самой Бразилии (примерно 15 млрд долларов). По расчетам международного консалтинга Analytic Partners, примерно треть доходов — от коммерческих спонсоров и больше половины — от продажи прав на телетрансляцию матчей.

Проигравший всегда, или, по крайней мере, нередко подозревает выигравшего в нечистой игре. А если еще к тому же и сам мухлевал, то вдвойне обидно. Вот где могут быть источники информации для интерсыщиков.

FIFA долго никто не трогал, потому что казалось, что — это неприкасаемое, олимпийские боги, чуть ли не бессменно бессмертные. А от неприкасаемости до неподсудности один шаг, как и до злоупотреблений. По поводу коррупции в FIFA генеральный прокурор США (глава министерства юстиции) Лоретта Линч сказала: «Предательство доверия здесь возмутительно. Масштаб коррупции непредставим».

Правосудие для смертных и для «бессмертных»

Действительно, невозможно представить, как это, украсть сумму, равную, скажем, всему твоему пенсионному, медицинскому и детскому фондам. Твоему, а заодно и всех твоих сослуживцев, а, может, и всего города или даже страны. Другое дело, скажем, футбольные бутсы или трусы. Сколько стоят, что потерял, понятно.

Дело о «бессмертных» в FIFA еще долго будет тянуться, зато дела простых смертных разбираются быстро. Вот на днях во Франции суд в одно заседание приговорил к году заключения воришку. За ограбление сосисочной фабрики в городке Сен-Морис-де-Линьон (департамент Верхняя Луара). Сосиски, правда, там вроде бы ни при чем. Парень стащил медный кабель и аккумуляторы. А взяли его — не смейтесь! — за трусы. Да-да, по не объявленной в зале суда причине на месте преступления полиция нашла трусы со следами ДНК. По анализу ДНК определили: знаем такого, уже проходил по мелким делам. Нашли, задержали, признался.

Сам обвиняемый в зале суда не присутствовал. Почему, не вполне ясно, то ли со стыда, то ли решил, что чего уж там хорохориться. Как там оказались трусы, зацепились за что-то? Были они футбольного типа или какие другие, и что за «следы» ДНК на них остались, предлагаю читающей публике догадываться самой. Факт остается фактом, если, конечно, верить сведениям из зала суда. Кстати, защита в этом быстро завершенном процессе не выступала.

Смех смехом, а вот это последнее обстоятельство и заставило задуматься: как быть с юридической защитой простому смертному? В Англии и Уэльсе (имеют единую судебно-правовую систему) больше года волнуются, протестуют судьи и адвокаты. В прошлом году даже массовая забастовка была. Такая акция проводилась впервые за всю историю британской уголовной адвокатуры. Десятки магистратов (неоплачиваемые судьи нижней инстанции) просто ушли в отставку. Протесты против сокращений безвозмездной юридической помощи малоимущим, так называемой legal aid. Правительство консерваторов в целях экономии решило сократить ее на треть.

Правая пресса упрекает «жирных котов» — адвокатов, вот, с жиру бесятся, боятся потерять гонорары. В громких коммерческих или семейных делах супербогачей, как, например, в тяжбе Абрамовича — Березовского, гонорары и впрямь очень большие. Но, по словам адвоката Найджела Литмана, годовой налогооблагаемый доход юристов, работающих с делами простых смертных, может сократиться до 13 тысяч фунтов, а это фактически уровень бедности.

 Действительно ли так дорого правосудие для бедных, как уверяют сторонники дальнейших сокращений? По своим многочисленным фрилансерским делам я знаю, что небогатому человеку правосудие, справедливость были бы просто недоступны, если бы не бесплатная (то есть оплачиваемая из казны) помощь. А дела, как мы тоже все хорошо знаем, бывают неочевидные, даже когда полиция находит трусы на месте преступления. И сыщики недобросовестные везде встречаются. По разным всяким причинам, но есть и это. Есть здесь и политический фон: оплачивать ли из юридической помощи дела об убежище, о подозреваемых в связях с международным терроризмом?

Суд по делам средней сложности в Англии обычно обходится от 900 фунтов (у магистрата — мирового судьи) до 3 900 фунтов в суде короны (суды высокой и высшей инстанции). По официальным данным (доклад Совета Европы), в Англии бесплатная юрпомощь выходит в год на 2,6 млрд евро, во Франции — 367 млн евро, в Германии — 345 млн евро, в среднем по Европе — 123 млн. Суммы кажутся огромными, но в пересчете на человека, не такими уж запредельными. На первом месте в Европе Норвегия — 50,59 евро в пересчете на одного, далее Англия и Уэльс (в Шотландии и Северной Ирландии иная система) — 33,69 евро. Среднеевропейский же уровень — всего 9 евро.

Вот и судите, можно ли разобраться с трусами медного злоумышленника за эти деньги. Про FIFA я не говорю, другое дело.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут несколько отличаться.

Сколько человеку работать нужно?

(быль)

Чехов и Толстой в Крыму.

Лев Толстой как-то написал небольшую притчу “Сколько человеку земли нужно?” Выяснил, что нужно столько, сколько на могилу хватит.

Граф Толстой к вопросу о смерти серьезно относился. Других таких писателей-мыслителей, может, и не было.

А еще про него один близкий сотрудник написал книгу, популярную вначале прошлого века, “Как живет и работает граф Толстой”. Из нее следует, что великий писатель, написавший 90 томов произведений, работал от завтрака до двух часов дня. То есть часа четыре, может, шесть. 

Я это поддерживаю. Больше четырех часов в день человек просто не в состоянии продуктивно работать. Остальное уходит на чаевничанье, сплетничанье, хождение по собесам и тому подобное. 

Не верите?

Вот монолог “носителя прогрессивных идей”, Художника, из лучшего, может быть, рассказа Антона Павловича “Дом с мезонином”. В школе нас учили, что он — интеллигент, предтеча, несостоявшийся революционер, которого Чехов предвидел, но так и не смог описать. Описал Горький. Еще учили, что он любил Мисюсь, но не смог отстоять свою любовь. На самом деле он любил вовсе не Мисюсь, а Лидию, ее старшую сестру. Просто в силу буржуазной ограниченности кругозора взглядов не смог в себе рассмотреть эту настоящую, глубокую любовь. 

Вот что говорит художник, в споре с Лидией:

— Да. Возьмите на себя долю их труда. Если бы все мы, городские и деревенские жители, все без исключения, согласились поделить между собою труд, который затрачивается вообще человечеством на удовлетворение физических потребностей, то на каждого из нас, быть может, пришлось бы не более двух-трех часов в день. Представьте, что все мы, богатые и бедные, работаем только три часа в день, а остальное время у нас свободно. Представьте еще, что мы, чтобы еще менее зависеть от своего тела и менее трудиться, изобретаем машины, заменяющие труд, мы стараемся сократить число наших потребностей до минимума. Мы закаляем себя, наших детей, чтобы они не боялись голода, холода и мы не дрожали бы постоянно за их здоровье, как дрожат Анна, Мавра и Пелагея. Представьте, что мы не лечимся, не держим аптек, табачных фабрик, винокуренных заводов, — сколько свободного времени у нас остается в конце концов! Все мы сообща отдаем этот досуг наукам и искусствам. Как иногда мужики миром починяют дорогу, так и все мы сообща, миром, искали бы правды и смысла жизни, и — я уверен в этом — правда была бы открыта очень скоро, человек избавился бы от этого постоянного мучительного, угнетающего страха смерти, и даже от самой смерти.

Обратите внимание: три часа в день достаточно для продуктивной работы. Остальное должно быть отдано творческому поиску. Креаклизмам всяким. 

А вы говорите, не люблю Чехова, Толстого, старомодничество! Глубже нужно вчитываться, господа.

Когда путин открывает рот...

Стоит Путину открыть рот, как прибавляется пять студентов-русистов.

Одно из зданий Миддлбери-колледжа.

В знаменитом американском колледже Миддлбери (университете), кузнице национальных лингвистических кадров, прошла очередная встреча русистов и славистов. Александр Генис, побывавший на ней после перерыва в десять лет, поделился своими впечатлениями в "Новой газете" (полностью статья здесь, расценки на языковые программы с погружением в Миддлбери смотрите по этой таблице — 10 тысяч за два месяца). Миддлбери — это в Вермонте, Новая Англия, где жил великий американский поэт Роберт Фрост и годы провел в эмиграции Александр Солженицын.

Рекомендую прочитать отчет Гениса целиком. Меня, в частности, порадовали два пассажа из статьи.

Первый о самой популярной у американских читателей русской "книге" — рассказе Антона Павловича "Дама с собачкой". Конечно, книга. Какой матерый рассказище! Кого в европах можно поставить рядом? И сам себе ответил: некого.

Вот что пишет Генис:

...я осторожно вошел в аудиторию к аспирантам, отнюдь не похожим на филологов. Девушки — красивые и без очков, юноши — рослые и мускулистые.

— Какая ваша любимая русская книга? — спросил я всех для знакомства.

— «Дама с собачкой», — сказала одна.

— «Дама с собачкой», — подхватила другая.

— «Дама с собачкой», — согласился третий.

— «Геополитика России», — сухо сказал четвертый, с короткой стрижкой.

— ОК, — подытожил я и, застыдившись заимствования, неуклюже перевел себя на русский: — Ладненько.

Вторая цитата совсем неожиданная — о вкладе В.В.Путина в рост популярности русского языка. Оценивайте как хотите.

Я не был здесь 10 лет и сразу заметил перемены к лучшему. Числом учеников русская школа затмила и китайскую, и арабскую.

— Что вы хотите, — в ответ на комплимент сказали мне профессора, — стоит Путину открыть рот, как у нас прибавляется пять студентов. Прилив начался с грузинской войны и становится сильнее с каждым, мягко говоря, экстравагантным законом и судебным, так сказать, процессом.

— Славистика, — вздохнули мы, — дочь войны, хорошо еще, что холодной.

Монтигомо. (к юбилею легендарного героя)

Редакция "Тетрадок" назвала нашу лучшую публикацию в уходящем 2012 году. Это статья "След когтя" о происхождении легендарного героя русской литературы Монтигомо Ястребиного Когтя. Статья была первоначально опубликована в журнале "Огонёк" (№5, 6/02/2012, с незначительными сокращениями). Публикуем ещё раз.

©Александр Аничкин/"Огонёк"

Чехов в 1886 году.

Когда 125 лет назад появился Монтигомо Ястребиный Коготь, никто еще не знал, какая удивительная судьба его ждет. 

В рассказе Чехова "Мальчики" два друга гимназиста приезжают на зимние каникулы, но тайно собираются бежать из дому в Америку охотиться на тигров и бизонов, пить джин, добывать золото и слоновую кость. 

— Знаете, кто я? – спрашивает таинственный гость-гимназист.

— Господин Чечевицын.

— Нет. Я Монтигомо, Ястребиный Коготь, вождь непобедимых.

У мальчиков заготовлены припасы – пистолет, ножи и сухари. По школьному атласу спланирован маршрут – через Сибирь до Камчатки. Там "самоеды" перевезут через Берингов пролив в Аляску. Когда юных искателей приключений хватились, тех уже задержали в ближайшем городе. Они пытались для будущей охоты купить пороха. Серьезным взрослым это показалось подозрительным.

Переполох в семье скоро улегся, за гимназистом-гостем приехала мать. На прощание он, "господин" Чечевицын, оставил старшей сестре своего друга Кате надпись в альбом: "Монтигомо Ястребиный Коготь". 

Имя индейского вождя будто взято из американского приключенческого романа о Диком Западе. Ко времени написания чеховского рассказа в 1887 году книги Фенимора Купера и Майн Рида уже прочно вошли в число любимых у молодых российских читателей. Да и родители поощряли: за приключенческими сюжетами легко разглядеть гуманистические идеалы, восходящие к Руссо с его восхищением "благородными дикарями" и близостью к природе.  

Рассказ быстро стал одним из самых популярных, а Монтигомо, как и многие другие чеховские персонажи, приобрел нарицательное значение. Так стали иронически называть уже и взрослых, у которых не исчезала любовь к странствиям, приключениям. Людям с мальчишеской страстностью, с пренебрежением к простым жизненным выгодам и не особо практичным. 

Одним из самых известных в истории людей с кличкой Монтигомо был поэт Николай Гумилев. Его прославила не только поэзия, но и работа в этнографических экспедициях Русского географического общества в Африку и на Ближний Восток. Офицер российской армии, Гумилев воевал на фронтах первой мировой войны. После революции он участвовал в советских литературных организациях, писал, переводил и редактировал книги для новых массовых изданий. И в то же время не скрывал своей неприязни к большевистскому режиму. В 1921 году его расстреляли за участие в заговоре против новой власти. 

"Мелкобуржуазный" писатель Чехов и после революции оставался любимым у читающей публики. Так же, как и Фенимор Купер и Майн Рид, книги которых легко интерпретировать как повествования о борьбе угнетенных народов с колонизаторами-империалистами. 

Монтигомо — друг полярников

В советский период с Монтигомо приключилась история, давшая ему вторую славу. Вениамин Каверин в 1938-44 годах  пишет роман "Два капитана", сразу ставший одной из самых читаемых книг в стране. В 1946 году он получил Сталинскую премию, хотя имя вождя там упоминалось лишь раз и то как бы походя.

По сюжету романа имя Монтигомо Ястребиный Коготь становится ключом к разгадке тайны гибели полярной экспедиции. Капитан Татаринов подписал этой кличкой свое письмо жене, в котором предупреждал о нечистоплотном поведении двоюродного брата, обрекшего полярников на гибель во льдах. Письмо не дошло, его нашел в потерянной сумке почтальона псковский мальчик Саня Григорьев и заучил наизусть, как понравившуюся детскую книжку. Много лет спустя он знакомится с семьей Татаринова, но не сразу понимает, что между ними и письмом прямая связь. А потом, когда он пересказывает письмо вдове Татаринова, именно прозвище Монтигомо, о котором могли знать только в интимном семейном кругу, убеждает женщину, что послание подлинное. Следует трагическая развязка, но в конце книги Григорьев находит следы экспедиции "Монтигомо" и доказывает свою правоту.

В 1955 году вышла экранизация книги. Именно с этим популярным фильмом постепенно стал связываться Монтигомо – из кино неясно, откуда взялся этот образ. Ясно, что индеец, ясно что это что-то благородное и приключенческое. 

Конечно, читающая публика не забывала чеховских "Мальчиков". Но в массовом сознаниии Ястребиный Коготь постепенно отрывался от литературного первоисточника. 

В 1960 году писатель и филолог Лев Успенский выпустил книгу "Ты и твоё имя" о происхождении имен и фамилий. В ней есть глава "Ястребиные когти". 

"Вспомните роман Фенимора Купера «Следопыт», – пишет Успенский, – вам непременно придет на память его герой, благородно-суровый индеец-охотник, по имени Монтигомо. Говорят, будто имя это по-индейски значит: «Ястребиный коготь». Не важно, точен ли этот перевод: имена, подобные этому, действительно характерны для индейских племен Америки. Это и естественно: когти ястреба остры, страшны и врагу и добыче. Понятно, почему воин и траппер-следопыт называет сына «Ястребиным когтем»: ведь даже в наши дни советские летчики не возражают, если их — истребителей — с ласковой фамильярностью именуют «ястребками».

Замечания Льва Успенского в общем плане верны. С той только оговоркой, что в романе Фенимора Купера нет Монтигомо. И Ястребиного Когтя тоже нет. Ни в "Следопыте", ни в других романах цикла с бледнолицым охотником Кожаным Чулком и его другом Чингачгуком, Великим Змеем, которого миллионы советских кинозрителей знали также по имени Гойко Митич – актера, исполнившего роль индейца в гедеэровских "истернах". Другие индейцы у Купера есть, с красивыми именами вроде Разящая Стрела и Июньская Роса, но Ястребиного Когтя нет.

Где искать семью "вождя непобедимых"

Каверина нельзя, конечно, винить за популярность фильма, первого, в 1955 году, и потом второго – телевизионного сериала 1976 года. Вениамин Александрович в романе добросовестно упоминает о "родине" Монтигомо. Вот цитата: 

"Между прочим, оказалось, что это имя совсем не из Густава Эмара, как думали мы с Катей, а из Чехова. У Чехова есть такой рассказ, в котором какой-то рыжий мальчик все время называет себя Монтигомо Ястребиный Коготь".  

Так откуда же он, Монтигомо, Ястребиный Коготь? Гимназист Чечевицын спрашивает в рассказе Катю, "а вы читали Майн Рида". Может, это из книг Томаса Майн Рида, другого популярного американского писателя, автора книг "Оцеола, вождь семинолов" и "Всадник без головы"?

Нет, и у Майн Рида нет Монтигомо. Я проверял по электронным текстам на английском, в разных написаниях: Монти- и Монте-, -гомо и -хомо, вместе и раздельно, с прописной и со строчной. Нет Монтигомо и в других произведениях об "индейцах и ковбойцах". Спрашивал на американских литературных форумах, народ обсуждал, советовал, искал. Особая благодарность здесь посетителям блога американского лингвиста Стива Додсона Languagehat.com, часто публикующего заметки о русской литературе. Но так никто источников чеховского Монтигомо на Западе и не нашел.

Известно историческое лицо – император ацтеков Монтесума II, побежденный конкистадорами Кортеса. Рассказ о его войне с испанцами вошел в историю великих географических открытий, написанную Жюлем Верном. Она переведена на русский и была популярна в свое время наравне с приключенческими романами. Может, его имя и повлияло на появление Монтигомо по созвучию. Но означает оно на языке ацтеков совсем другое – "Тот, кто является владыкой гневным". 

Что впрочем не помешало Маяковскому в стихотворении "Мексика" (опубликовано впервые в "Огоньке" в 1925 году) назвать его  "Моктецума [так] - ястребиный коготь". Главный пролетарский поэт тоже, как он сам признавался, зачитывался Фенимором Купером и Майн Ридом, но влияние "упадочного" Чехова оказалось сильнее. Вот и возник "коготь". 

"У нас у самих нравы"

По правде, Чехов-то и не говорит, что Монтигомо из Майн Рида. Так, на одном сравнительно небольшом текстуальном пространстве вместе упоминает. Можно подумать, что нарочно на будущее загадку-ловушку закладывает для читателей.

А разгадку дают примечания к рассказу, которые можно найти в более полных собраниях сочинений писателя. Из них выясняется, что в 1880-х годах в Москве был довольно известный антрепренер Александров по кличке Монтигомо. Сначала просто, потом к Монтигомо добавился "ястребиный глаз". 

Пользовался он скандальной репутацией, деньги артистам задерживал, вокруг его представлений публика не самая респектабельная терлась, пахло чрезмерно употребленным горячительным и дебошами. В 1884 году Александрова-Монтигомо несколько раз упоминал тогда еще молодой, жизнерадостный, вездесущий и ужасно писучий автор зарисовок "Осколки московской жизни", еще не Антон Павлович – а Антоша Чехонте.

Вот отрывок из одной заметки: 

"Мы с нетерпением ждем прибытия индейцев. Везет их к нам на показ из Берлина некий Александров. [...] Очень приятно, но... на кой черт нам индейцы? И что мы в них созерцать и изучать будем? Индейские нравы? Напрасно... У нас у самих есть нравы, и почище еще индейских. В Замоскворечье, в театральной конторе, в московских аптеках, в саду "Эрмитаж" и прочих  полезных  учреждениях вы найдете нравы, перед которыми бледнеют все папуасы и компрачикосы". 

Ну а что за спектакли в саду "Эрмитаж" давали "индейцы", можно представить по другой заметке, из газеты "Московский листок". Читаем 12 июня 1884 года: «в фантастическом театре представлена будет в 1-й раз новая пиеса: „Мон-ти-гоммо, или Ястребиный глаз, предводитель индейского племени О’мано-Ашанти“, большое представление в 3-х действиях, с маршами, военными эволюциями, пляскою диких, сражением и проч. Эпизод взят из эпохи соперничества французов с мексиканцами за золотые россыпи при Рио-Плата». 

Неясно, что появилось сначала – кличка антрепренера, или "имя" предводителя Ашанти. Ашанти, кстати, это и ныне существующая народность, только не американская, а африканская. В маленькой заметке рассыпаны и другие изумительности в стиле Остапа Бендера, покопайтесь над разгадками!

Ясно другое: Чехов позаимствовал Монтигомо из эстрадного оборота. Поменял только "глаз" на "коготь". 

Человек-Гора и Вырви-глаз: ромовый след

Ну а артисты откуда взяли кличку Монтигомо? Ведь должен же был быть какой-то первичный толчок к эстрадному словотворчеству?

Если идти от научной латыни, или, например, от испанского, то можно так рассуждать: Монти- (или Монте-) – это гора, -гомо (или -хомо) – человек, как в гомо сапиенс. Получается, Гора-человек или Человек-гора. Для "вождя непобедимых" подходит. Даже странно, что никто раньше, до "эрмитажных" индейцев не додумался.

Но чем больше разыскиваешь источники в разных написаниях, тем чаще попадается на глаза Монтего-бей на Ямайке. 

Красивейший карибский остров много всего дал миру. Музыку реггэй, например, с Бобом Марли, и лучших мировых атлетов во главе с Юсейном Болтом. Самый вкусный в мире кофе "Блю-Маунтин" и одну из самых беспощадных в мире наркомафий, а также знаменитые международные курорты "Гедонизм". Но еще до этого, вскоре после колонизации региона европейцами, Ямайка стала одним из главных производителей нового для Европы напитка – рома. На британском флоте ром, по утрам и перед ужином, входил в обязательный ежедневный рацион моряков. 

В России же ром долго не приживался, хотя его пробовали со времен Петра. Только в царствование Александра III 1881-1894 гг., чуть ли не единственное в истории России без больших и разорительных войн, экономическое благосостояние достигло в стране такого уровня, что не одну высшую знать, а и широкие массы, новый средний класс потянуло пробовать "колониальный товар", в том числе и ром, традиционно входящий в популярные гроги и пунши.

Вот здесь и возникает еще одна, пусть совсем ненаучная и без всякого подтверждения письменными источниками, версия появления на свет Монтигомо. Но зато веселая, как ранний Чехов-Чехонте.

По советским временам ром мы помним кубинский, "Гавана-клуб", коктейль "Куба-либре". С пепси-колой ром тоже хорошо смешивался.

Но вообще-то "ямайский" – это почти что постоянный эпитет к рому, так уж исторически сложилось. Сейчас ром марки "Монтего Бей" выпускается в США, это бленд из карибских ромов. Но старейший и самый знаменитый производитель рома "Эпплтон-эстейт" находится рядом с Монтего-бей на Ямайке. Местные жители Монтего-бей называют сокращенно – Мо-бей или просто Мо. Туда, на ромовый "винзавод", и российские туроператоры сейчас поездки организуют.

И вот представим себе, сидят в 1880-х годах артисты-индейцы, выпивают ром или что-то смешанное с ромом, перемывают косточки антрепренеру Александрову и читают этикетки с адресом "Монтего-бей". Азиатское "бей", естественно, не подходит для полураздетых – для привлечения публики – индейцев и индианок. Тут нужно что-то другое. 

Ром – напиток крепчайший, кто-то отпивает – и ахает: "Вырви-глаз!" 

Кто-то добавляет "Ястребиный вырви-глаз". 

И у кого-то икается – "Мо-монтего, Монтего-мо, Вырви ястребиный глаз!" 

Александрова пригвоздили.

Может, так, в застольном трепе навеселе, и родился Монтигомо? Может, даже и Чехов вместе с ними тогда был. Он в то время еще не болел, длинные вещи не писал, а смешными именами и кличками каждый его рассказ пестрел. 

Повторяю, это даже не версия, а просто предположение, попытка реконструкции.

Из книги — в жизнь 

И в конце – трагическое послесловие, уже нашего времени.

В апреле 2010 года в Конго (Киншаса - Демократическая республика Конго) был убит журналист Пасьян Чебея Банком, которого телезрители страны знали под именем Монтигомо. Он был известен в этой африканской стране бесстрашными фото- и телерепортажами о гражданских конфликтах в Конго. Киллеры в военной форме перехватили его у дверей дома и в упор расстреляли на глазах у жены. Президент страны обещал найти и наказать убийц, международная организация "Репортеры без границ" выступила с осуждением и занесла Монтигомо в списки журналистов, погибших при исполнении профессионального долга. 

Псевдоним он взял себе в честь каверинского и чеховского героя, "вождя непобедимых" — Монтигомо Ястребиный Коготь. 

"Чайка" Чехова в одном предложении (из театральной жизни Франции).

Наш театр Le Préau (Vire, Calvados) представил программу следующего сезона 2012-2013.

Чехов читает "Чайку" в МХТ.

Одна из главных постановок – чеховская "Чайка" (La Mouette). Дорна будет играть Винсен Гаранжер (Vincent Garanger), который также вел театральную студию, где я в прошлом году занимался.  

Театр выпускает программу сезона в виде буклета с информацией по каждому спектаклю. Режиссер "Чайки" в Le Préau Артюр Нозисиель (Arthur Nauziciel) пишет о пьесе и ее пафосе. А отношения между персонажами излагает с поразительной краткостью:

"Медведенко любит Машу, которая любит Треплева, который любит Нину, которая любит Тригорина, которого любит Аркадина, а Шамраев любит Полину, которая любит Дорна".

На французском:

Medvédenko aime Macha qui aime Tréplev qui aime Nina qui aime Trigorine, qu'aime Arkadina, alors que Chamraïev aime Paulina qui aime Dorn.....

У кого нет времени или желания читать классику, рекомендую сайт "Брифли. Краткое содержание книг". Там с разной степенью литературного мастерства в крайне сжатой форме излагают содержание книг, которые должен знать каждый культурный человек. Каждая статья предваряется справкой о том, как быстро ее можно прочитать и сколько времени потребуется, чтобы прочитать оригинал.

Сюжет "Чайки" здесь.

"Чайку" будут играть по переводу известного французского литератора André Markowicz и Francoise Morvan (1996). 

Страничка сайта Le Préau о предстоящей постановке здесь.