Ну вот у нас кто-то удивляется, почему на Западе шум подняли вокруг “Пусси райот”? Нелепые костюмчики с масками-балаклавами, нелепые дрыгания под нелепую музыку, чего лепить-то?
А вот британский журнал the Economist считает, что такая классическая панк-акция не удавалась ни Sid Vicious ни Johnny Rotten - легендам этого направления из группы Sex Pistols.
"Поздравляем, Владимир Путин, – пишет the Financial Times. – Не прошло и четырех месяцев после возвращения в Кремль, как вы нанесли наихудший за более чем десять лет удар по международному имиджу России".
Сотворение образа
Нелепо-то нелепо. Но в том-то и “стори”, то есть медийная привлекательность сюжета, который за полгода после ареста троих девушек из панк-группы вырос до глобальных размеров, став в мировой прессе главным русским сюжетом. Со времен кампании за освобождение Нельсона Манделы такого, может, и не было, чтобы буквально все ведущие звезды мирового поп-рока и кино высказались в поддержку арестантов, теперь – за Pussy Riot. Концерты в разных странах прошли в их поддержку на прошлой неделе.
"Писатели и музыканты могут быть гораздо более опасными оппоненнтами для авторитарных правителей, чем простые политики или вызывающие споры бизнесмены вроде Ходорковского, – пишет колумнист the Financial Times Гидеон Рекмэн. – Они обладают остроумием, блеском и цельностью, которые превращают правителей в предмет насмешек".
В панке главное – абсурд, причем не простой, а провокационный. А абсурдность этого дела сразу видна, когда ставишь рядом мачо-имидж России – Путина с голым торсом и очень длинным ружьем и трех хрупких привлекательных молодых женщин за решеткой, смеется бывший московский корреспондент the Daily Mail Миранда Ингрэм. Не смешно только, когда думаешь, каково им приходится. Мне, говорит она, почему-то сейчас сразу вспомнился другой могучий правитель – король Англии и Шотландии Яков (James VI и I). Четыреста лет назад Яков лично пытал и жег ведьм, а судьям приказ отдавал, какой приговор вынести. Король был совершено убежден, что ведьмы в союзе с сатаной и с помощью pussies-кошечек напустили на его корабль бурю и чуть не потопили.
Специальный корреспондент Би-би-си Люси Эш, хорошо знающая Россию и освещавшая акции группы “Война”, объясняет: “Конечно, в данном случае помогло, что у девушек смелое чувство стиля и сами они фотогеничны. Но я думаю, что главная причина роста поддержки на Западе в ощущении того, что реакция властей до абсурдного чрезмерна – кувалдой колют орешки”.
Кувалда – это sledgehammer, образ еще и из знаменитой песни Питера Гэбриэла.
“Девушки из “Пусси райот” привлекают еще и тем, что они выглядят “нормальными”, – говорит Миранда Ингрэм. – На Западе, прочитав, что они говорят и как выглядят, каждый сразу подумает: да моя дочь точно также ведет себя, также говорит и также выглядит. Да, кому-то, может, как-то дискомфортно, когда в церкви так себя ведут. Но что тут такого, чтобы держать в тюрьме и грозить многолетним приговором?”
Французам просто невозможно себе представить, чтобы за песню можно было посадить в тюрьму, даже если кому-то может не понравиться, что над церковью насмехаются, говорит профессор Сесиль Вэссье, специалист по современной России в университете города Ренн. “У меня, например, сразу возникло ощущение эмоциональной связи с ними, - признается она. - Они мне показались в чем-то очень похожими на моих студентов. Понимаете, во Франции святое - это принцип laïcité - лаицизма, то есть строго отделения церкви от государства. По традиции, Франция – страна с католическими корнями, но люди в основном спокойно относятся к религиозным вопросам. Кто-то верующий, кто-то – нет. Мы считаем, что это дело сугубо личное. В данном случае ясно, что девушки показали слишком тесную связь между церковью и государством”.
Позицию российского государства и РПЦ готовы будут поддержать только маргинальные фундаменталисты, считает русский писатель, долгое время живущий в Англии, Андрей Остальский. “Такие на Западе есть, - говорит он, – но в Европе, по крайней мере, они в абсолютном меньшинстве. Еще в арабском мире некоторые поймут Путина и патриарха – но не молодая арабская интеллигенция. Для нее эта история напоминает как раз ненавистные им проявления исламского фундаментализма”.
“В Британии у всех, кроме разве что самых крайне правых, Pussy Riot вызывают симпатии. Каким образом то, что они сделали, может кого-то или что-то оскорбить – почти никому здесь непонятно. Ведь Бог поругаем, как известно, быть не может. А если поругаем оказался политик – то это его проблемы, - настаивает Остальский. – Глубоко верующие, воцерковленные британцы (а бывают изредка и такие) могут осудить действия девушек, но все равно ответная реакция церкви, государства и части общества вызывает и у этих людей гораздо большее возмущение. Даже шок. Происходящее вокруг девушек выглядит для британцев примером настоящего мракобесия. Так что, возвышая свой голос в защиту Pussy Riot, они выражают и нечто для себя сокровенное”.
Если кто-то думал, что Храм Христа Спасителя окажется фоном, усугубляющим “вину” арестованных, то наоборот, собор оказался потрясающей заставкой для акции протеста, отметил авторитетный американский русист, автор блога Languagehat Стивен Додсон. “К “Пусси райот” внимание привлек именно контраст привлекательных, способных ярко выразить свою мысль молодых женщин и места протеста, – говорит он. – Плюс, конечно, совершенно чрезмерная, репрессивная реакция на него”. Если бы с тем же выступили трое неопрятных парней в “Сокольниках”, никому бы дела не было до этого, замечает Додсон.
“Кто организовал вставание”
Рассказывают, Сталин, услышав, что кому-то из его потенциальных соперников стоя аплодировали, спросил: “кто организовал вставание?” Когда говорят о заговоре, это от непонимания того, как варятся международные новости. “Вставание” можно организовать, но результат отнюдь не гарантирован и часто оказывается обратным.
Может быть такое представление, что новость начинается с того, что передали в последнем выпуске на главном канале ТВ. На самом деле чаще наоборот. Будущая главная новость проскочит едва замеченной, но начинает вариться сначала в профессиональной, потом журналистской “тусовке”.
Ее обсуждают, рассматривают масштаб с разных сторон. Сначала, как правило, замечают малые, узко-направленные издания. Потом, из тусовочной кастрюльки, новость выскакивает в авторитетные в своей области издания. Часто это – сравнительно малотиражные, но влиятельные еженедельные или ежемесячные журналы. Когда “Пусси райот” попали в [внимание: название без артикля] Rolling Stone и the New Yorker, сразу стало ясно – будет широкий отклик среди звезд западной музыки и кино.
Потом уже вступает артиллерия большого калибра. Если “Пусси райот” попадает, с приговором “средневековье”, в главные выпуски новостей СNN, BBC, France24, если в их защиту пишут редакционные The New York Times, лондонская The Times, парижская Le Monde, – это значит, пропагандистская битва уже проиграна.
И дело не в “пиаре”, а в общем русском “нарративе”.
Если сравнивать дело “Пусси райот” с судом над Ходорковским, говорит Сесиль Вэссье, то с Ходорковским, особенно во время первого процесса, еще как-то можно было поверить, что что-то не так у него с налогами. К тому же французы с неодобрением вообще относятся к олигархам, а в данном случае всем все понятно, отсюда и отклик такой.
Редактор международного отдела британского журнала the Economist, автор нескольких книг о путинской России Эдуард Лукас так это объясняет: “Чтобы какое-то событие в самом деле стало новостным, оно должно укладываться в обобщенный анализ журналиста. Если этого нет, то такое событие – это нечто “случайное”, а не часть “story”. А “стори” в глазах людей вне России – да и в глазах многих русских – это реакционный регрессивный [рпт реГрессивный] режим, враждебно настроенный ко всему современному”.
“В такую картину, – продолжает Лукас, – вписываются подтасовки на выборах, влияние обскурантистского крыла иерархов РПЦ, репрессии в отношении прессы, преследование активистов оппозиции и неосоветская [рпт НЕОсоветская] ностальгия. И это даже при том, что такая картинка не вполне верна! Мои собеседники бывают просто поражены, когда я указываю, например, на такой факт, что “Архипелаг ГУЛАГ” Солженицына включен в школьные списки литературы”.
"Пиар-катастрофа"
Репутационные потери от этой истории для России – в разы больше, чем от всех предыдущих скандалов вместе взятых, считает Андрей Остальский. “У британцев это просто в головах не укладывается, - говорит он. – Они о России гораздо лучше до сих пор думали. Я знаю людей, которые с пеной у рта до сих пор доказывали на всяких диспутах и семинарах, что при всех дикостях Россия – все же европейская страна. Теперь они прикусили языки”.
"Правительство Путина может притвориться, что его не волнует возмущение музыкантов и интеллектуалов на Западе. – замечает колумнист the Financial Times Гидеон Рекмэн. – Но оно потратило миллионы на услуги западных пиаровских фирм для улучшения имиджа России. Любой из этих экспертов мог бы сразу предупредить г-на Путина, что приговор Pussy Riot – это без всяких оговорок пиар-катастрофа".
“Еще недавно могло показаться, что Россия – одно из нормальных мест на Земле, ну почти как у нас, – замечает Миранда Ингрэм. – Но сейчас снова – как на другой планете”.
Фото: Sergius/Wikimedia, раскраска: I Work in Pages.
