Турецкий гамбит Европы

Двухдневная встреча на высшем уровне в Брюсселе 17-18 марта может привести к решающему прорыву в кризисе с беженцами.

Сначала договоренность обсуждают главы государств и правительств ЕС, затем будут переговоры с Турцией. Это не очередная европейская тягомотина, момент решающий. Потому что на повестке сделка, рамочно, в общих чертах уже оговоренная на двусторонних переговорах Ангелы Меркель с турецким премьером Ахметом Давутоглу.

Для остальных стран ЕС, в особенности тех, что непосредственно затронуты миграционным кризисом, договоренность стала сюрпризом, даже шоком. Речь идет о том, чтобы Турция забирала назад из Греции перебравшихся туда морем беженцев (или мигрантов). Причем за каждого “возвращенца” из Греции ЕС обязуется взять к себе одного мигранта из Турции. (Говорят о “мигрантах”, чтобы не путаться в терминах. “Беженец” — это определенный статус, который предоставляется после рассмотрения конкретного случая.) 

Кроме того, предполагается, что Европа предоставит Турции дополнительно 3 миллиарда евро для гуманитарной помощи мигрантам из Сирии. Вместе с обещанной ранее помощью в общей сложности получается 6 миллиардов. По последним оценкам, в прошлом году в ЕС прибыло более миллиона мигрантов с Ближнего Востока, в основном из Сирии. Уже в этом году — более 130 тысяч человек. В Турции же на начало марта находилось 2,715 миллиона сирийских беженцев, больше, чем в любой другой стране мира. 

Далее идет самое неожиданное. В обмен на совместную с европейцами работу Турция получит ускоренную ассоциацию с ЕС. В том числе шенгенский доступ для турецких граждан, то есть возможность безвизового въезда на внутриевропейское простроанство. Сейчас в безвизовую Шенгенскую зону ЕС входят 22 из 28 стран Союза. (Англия и Ирландия решили не входить в Шенген, пока не входят, но должны будут войти Кипр, Хорватия, Болгария и Румыния.)

До окончательного оформления договоренности еще предстоит много сделать, всё может сорваться. Турция должна согласиться с 72 выставленными ЕС условиями, включая и политические требования. Серьезные возражения у Греции и Кипра. 

Ясно другое: в Европе готовы во что бы то ни стало добиться продвижения к решению гуманитарной катастрофы, которой обернулась война в Сирии. Это даже не готовность, это твердая решимость. Вот что внушает оптимизм, пусть и осторожный. 

Договоренность, если она будет достигнута, будет иметь многогранные последствия. Она ограничит поток беженцев в Европу, сняв возникшую напряженность. Она улучшит условия для тех мигрантов, которые уже находятся в Турции. Она ограничит или вовсе остановит гибель людей в опасной переправе с турецкого берега на греческие острова. Она лишит бизнеса контрабандистов людьми.

Помимо этой основной задачи возможная сделка обозначит крупнейший шаг по пути интеграции Турции в Европейское сообщество с перспективой полного членства в обозримом будущем. Таким образом “Европа” впервые перешагнет свои географические границы и вступит в Азию. Значение этого невозможно переоценить, это тектонический сдвиг.

Разумеется, современная Турция — это не какая-то карикатурная восточная деспотия. Со времен распада Оттоманской империи, да даже и за последние десятилетия страна проделала огромный путь к демократическому переустройству. Турция давно является важным членом НАТО, а ее европейский дрейф несомненен даже при всех очевидных препятствиях и внутреннего, и внешнего свойства. Страна в трудном, критическом положении еще и в связи с террористическими актами. Есть претензии к ее правительству — зажим свобод, ползучая исламизация, преследования оппозиции и курдов. 

У Турции свои проблемы с Сирией — курды живут по обе стороны турецко-сирийской границы, а ответственность за последний жуткий теракт в Анкаре взяла на себя одна из курдских экстремистских организаций ТАК. Кроме проблем с курдами, есть еще этнические турки (туркоманы), живущие в Сирии. 

И с другой, европейской стороны, у Турции тоже неразрешенный конфликт — разделенный Кипр. Если не будут удовлетворены его требования о прогрессе в его урегулировании, то эта республика, как полноправный член ЕС, может заблокировать любую договоренность на уровне ЕС-Турция.

Ирония в том, что международные политические обстоятельства прямо на наших глазах складываются как новый “удар в спину” России. Этакий условный “сговор” Европейского союза и Турции. Чем бы ни закончились нынешние переговоры, будет договоренность сейчас или будет позже, механизм активного турецко-европейского сотрудничества в решении кризиса с сирийскими беженцами заработал. А с учетом того, что кризису этому не видно конца — и не будет видно, пока продолжается сама гражданская война в Сирии, — с учетом этого можно сделать вывод, что происходит, да, собственно, уже произошел, серьезный прорыв, возник новый расклад в регионе. 

Это безусловный плюс для перспектив мирного политического урегулирования всех сопутствующих проблем, включая, в первую очередь, гуманитарный вопрос — судьбу миллионов беженцев. 

Выиграла ли здесь Турция и проиграла ли Россия, это даже не второстепенный вопрос. Это вовсе не вопрос. Если, конечно, не слушать тех, кто по-прежнему мыслит в категориях “игры с нулевой суммой”, то есть если один выиграл, то другой обязательно проиграл. В действительности бывает совсем иначе.

Эта заметка опубликована также (17 марта 2016) в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться. Если вы редактор издания и хотели бы заказать авторам "Тетрадок" близкий по тематике и стилю материал, свяжитесь с издателем А.Аничкиным через блог.

Нефть упала, но сегодня, но очень

Брент лапчатый. (фото Andreas Trepte)

Сегодня (16 января 2016) будет официально объявлено о снятии санкций с Ирана. Страна сможет свободно экспортировать свою нефть.
Ожидается, что ввп Ирана возрастет на 5%, а мировые цены на нефть еще больше упадут. Говорят о новом уровне — 20-25 долларов за баррель. Сейчас пока колеблется около 30.
Биржи отреагировали падением акций. Все смотрят на Китай: на шанхайской бирже к концу недели курс понизился на 21% к декабрьскому уровню.

***

Нефть по 30, но сегодня. А завтра?

Нефть упала до 30 долларов за баррель и даже ниже. Похоже, какое-то время вокруг этого уровня и будет топтаться.

Что дальше станет с ценами? Еще упадут или уже достигли дна?

Одни говорят, будет дальшейшее сокращение — экозамещение, новые источники энергии, плюс китайский фактор, спад в экономике мирового локомотива. Другие смотрят дальше и уверяют: даже если сейчас еще немножко упадет, все равно не далее как в течение десяти лет снова полетит вверх. Если сейчас свертывают инвестиции, сбрасывают нефтегазовые акции, сокращают добычу и работников, то неизбежно возникнет дефицит нефти — и она снова пойдет вверх.

Инвестиции действительно сокращают, некоторые старые месторождения уже под декомиссией. Включая и знаменитый европейский Brent в Северном море. Его закрывают, всё, окончательно.

Брент, давший имя ведущему показателю мировых цен на нефть, — это, кто не знает, такой гусь лапчатый, по-русски называется казарка черная. Просто в компании Shell давняя традиция называть свои месторождения именами водоплавающих птиц. Гуси-лебеди разные. У лебедя, вспомнилось, был еще в партнерах рак, вместе с щукой в разные стороны воз тащил в басне.

Рак тут ни при чем, просто ситуация с анализом будущего нефтяных цен похожа. И на басню, и еще на юмореску Жванецкого. Помните: раки по пять, но большие, но вчера. А сегодня по три, но маленькие, но сегодня. Совсем человек измучился. Как быть? Что делать? Что думать?

Такие же, примерно, мучения и у экспертов-геополитиков. Каковы могут быть последствия падающих цен для международных отношений? На эту тему мнения расходятся до прямо противоположных.

Взять, скажем, конфликтологию. Если нефть падает, то это благоприятный фактор для улучшения международного климата или, наоборот, дестабилизирующий?

Два ведущих мировых производителя нефти, Саудовская Аравия и Иран, — это одновременно и два конкурента в региональном военно-политическом соперничестве. В сирийском конфликте они оказались по разные стороны, в том числе и по религиозному, суннитско-шиитскому разлому в исламском мире.

Логика развития сирийского конфликта, включая и появление ДАИШ/ИГИЛ, привела к резкому росту ставок. Теперь это глобальный кризис, в котором Аравия и Иран тоже стали “игроками” глобального значения. По этой логике США оказываются, условно, на стороне саудовцев —  через долгий конфликт с Ираном, сотрудничество с Эр-Риядом и неприятие режима Асада в Сирии. Россия же, получается, на стороне Ирана и сирийского правительства — через поддержку Асада, давно налаженные связи с Тегераном, интересы на Кавказе, а также и опору на свой отечественный нефтегазовый сектор.

Что в таких обстоятельствах ответить на вопрос, как падение цен повлияет на поведение всех участников кризиса?

Одна группа экспертов говорит: снижение глобальных цен на улеводородные энергоносители ослабляет производителей и заставит их трезвее рассчитывать свои силы и возможности. Даже те, кто считает, что ничего, переживем, начнут свертывать свои наиболее амбициозные внутренние и внешние проекты. В отношении Саудовской Аравии и  Ирана это означает, что усилятся поиски выхода из конфликтных ситуаций, напряженность будет спадать. Эта логика должна действовать и в сирийском кризисе, и в развитии ситуации с Украиной.

Вторая школа экспертов повторяет: снижение глобальных цен на улеводородные энергоносители ослабляет производителей, но вывод делает совершенно другой. Это усилит авантюрные фракции во всех участвующих сторонах. Аргументация такая: они смотрят на шагреневую кожу ресурсов и думают, а что если кашу конфликтов заварить погорячее, может, и цены обратно вверх подскочат. Давайте попробуем, а? Возобладания такого подхода и опасаются эти вторые эксперты.

Единого мнения нет, в прессу доносятся только отголоски жарких споров в “накуренных кабинетах”. Это раньше было “накуренных”, сейчас аналитики в большинстве не курят, в экраны с прогностическими программами и биржевыми диаграммами смотрят. Что будет, все равно пока не видно.

Эта заметка опубликована такжэе в моей колонке "Как в Европе" (15 января 2016) на BFM.ru. Тексты могут несколько отличаться.

Роман Карцев исполняет скетч Жванецкого "Раки" (текст)

 

Даиш.

Тетрадки писали о переходе с термина ИГИЛ на Даеш (Даиш или Даэш) и об ассоциациях, которые оно вызывает у арабов. Сейчас сообщают, что и в России это арабская аббревиатура начинает входить в оборот.

Профессор, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН Леонид Сюкияйнен  (википедия о нем) поясняет: "Многие считают: если называть это образование «Исламским государством» — надо все время говорить "так называемое" или в кавычках. Потому что, ну, вроде бы исламским государством не является. [...] Оно прижилось в арабском языке и перешло потом на Запад, стали вот использовать такую аббревиатуру ДАИШ. Но только я хотел бы вам сказать, что делать надо ударение не на "и", а на "а". (из сообщения BFM.ru)

Сирия: Британия “вступила” в войну.

Дебаты. Хилари Бенн,
на заднем плане Джереми Корбин.
(скриншот, видео в конце заметки)

Англия сегодня ночью (2/3 декабря), нанесла первые бомбовые удары по нефтяной инфраструктуре Даеш/ИГИЛ на востоке Сирии. Это произошло буквально через несколько часов после голосования в парламенте. Депутаты дали правительству мандат на удары внутри сирийской территории. Что это меняет?

Но сначала немного подробностей. Удар произведен сразу после голосования в британском парламенте по просьбе Дэвида Кэмерона одобрить расширение военных операций и на Сирию. Четыре британских Tornado, каждый с тремя бомбами Paveway высокоточного наведения, вылетели двумя авиазвеньями с авиабазы на Кипре и вернулись через три часа без бомб. 

Накануне весь день, с утра вплоть до голосования поздно вечером проходили дебаты о предложении правительства. В итоге в поддержку правительства проголосовало 397 депутатов, включая часть лейбористской оппозиции и либерал-демократов. Против голосовал лидер оппозиции Джереми Корбин, но за высказался его “теневой” министр иностранных дел Хилари Бенн. Всего против было 223 голосов, большинство лейбористов, небольшое число консерваторов, а также шотландские националисты всей фракцией, валлийцы и зеленые.

Два года назад парламент проголосовал против ударов на территории Сирии. Вслед за Англией от военного вмешательства в Сирии на время воздержались и США. Сегодня обстановка изменилась. Угроза (запрещенной на территории РФ) террористической организации Даеш/ИГИЛ видится главной. ООН проголосовала в поддержку решительных действий против Даеш/ИГИЛ. В Сирии действует российская воинская группировка, объективно по ту же сторону конфликта, что и страны западной коалиции. 

Читайте также в Тетрадках "Сирийский кризис и очередные задачи демократий" (2013 г.)

Этот российский фактор, поначалу воспринятый на Западе с настороженностью, даже с критикой, сейчас считается важнейшим. Нанести военное поражение — это одно, другое, важнейшее и более сложное — это долгосрочное политическое урегулирование, считает Патрисия Льюис, директор исследований по международной безопасности влиятельного британского центра Chatham House. “Россия, Россия и Россия”, подчеркивает она, указывая на необходимость координации долгосрочных усилий по урегулированию в Сирии. 

В Лондоне отметили, что Кремль приветствовал британское решение. Министр обороны Англии Майкл Фаллон отметил, что, по его мнению, российская сторона, по-прежнему не видя переходного решения без Асада, начинает просматривать перспективы Сирии и без него. Британский министр иностранных дел Филип Хэммонд подчеркнул совпадение “промежуточного интереса” западной коалиции с Россией. По его изысканному дипломатическому выражению, с Москвой образовалось “transactional relationship”. Что означают эти “транзакциональные отношения”, понятно. Нужна координация, взаимные усилия, обмен мнениями, информацией и, наконец, компромиссы. Несмотря на общий неблагоприятный фон отношений последних полутора лет.

Пятая колонна Кэмерона

Большинство в парламенте могло бы быть и большим. Но накануне дебатов премьер-министр Дэвид Кэмерон сделал оскорбившее многих замечание. Он назвал “кучкой сочувствующих террористам”  — “terrorist sympathisers” тех, кто выступает против бомбардировок на территории Сирии. 

Британская “пятая колонна”? Противники военной эскалации отвечают: можно быть против, но оставаться и патриотом, и противником терроризма. В Лондоне прошел марш протеста против бомбежек. Пикеты протестующих заполнили Парламентскую площадь, блокировали проезжую часть. 

Лидер лейбористов Корбин, другие депутаты во время дебатов требовали от премьера отозвать свое замечание. Кэмерон отказался. Сам Корбин выступил против, но разрешил своим депутатам голосовать по совести, как сами считают правильным. 

А что потом?

В британских дебатах задают те вопросы, которые, собственно, возникают везде, включая и Россию. Только обсуждают их с разной интенсивностью. Бомбы бомбами, а есть ли все-таки стратегия на потом? Политическое урегулирование? Можно ли выиграть войну с Даеш с воздуха? Где те, сирийские сухопутные силы, поддержку которых все ждут? Есть ли они? Или это фактически союз с Асадом? При всей высокоточности современного оружия, насколько вероятны жертвы гражданского населения? И наконец, не увеличит ли вмешательство угрозу терроризма дома? И как выиграть битву за сердца и головы, не дать Даеш рекрутировать новых сторонников?

Кроме этого, у многих, наверное, возникает ещё недоуменный вопрос: минуточку, а как это, что, до сих пор британцы разве не бомбили в Сирии? В фильме Бондарчука “9 рота” один советский боец перед отправкой в Афганистан спрашивает офицера-востоковеда: “А не все равно, кого мочить?” Оказалось, не все равно. Также и в Сирии. По разным оценкам, кроме проасадовских сил, включая правительственную 80-тысячную армию, там действует более десяти вооруженных объединений разных политических, религиозных и этнических оттенков, не менее 80 групп и группировок. Как говорится, Восток — дело тонкое, и, не разобравшись, легко попасть впросак.

Во всяком случае в коалиции из сорока стран, участвующих в операциях, не все бомбят по территории Сирии. По разным причинам, но не в последнюю очередь, потому что не ясно, кто, где и за кого. 

По данным американского Central Command (CENTCOM), основного штаба операций западной коалиции, на середину ноября коалиция нанесла 5432 удара на территории Ирака, 2857 — в Сирии. Если посмотреть по отдельности, то картина получается контрастная. США нанесли 3768 ударов в Ираке и 2703 в Сирии. Остальные участники коалиции в Ираке бомбили 1664 раза, а в Сирии — 154. Как заметил один известный российский арабист, бомбят, но лениво. 

В Сирии кроме Англии, до сих пор не бомбили Нидерланды (по числу бомбовылетов третья страна после США и Франции), Бельгия и Дания. После голосования ситуация должна измениться. Сейчас у Англии в районе действует восемь самолетов, столько же, сколько у Голландии. По последним данным, уже после голосования туда перебрасывается еще восемь “Торнадо” и “Тайфунов”. Тем, кто, посмеиваясь, указывает, что это похоже лишь на символическое участие, в Лондоне возражают: не число, а качество. В западной коалиции эти силы составляют треть способных наносить “прецизиозные”, высокоточные удары. Плюс четверть беспилотной авиации коалиции тоже британская.

Да, конечно, “вступление” Британии в войну в Сирии имеет оттенок символики. Но, как здесь подчеркивают, это еще и выполнение некоего морального долга перед другими партнерами по западной коалиции. Так же, как и шаг, который должен дать новый импульс переговорам по Сирии в “венском формате”.

Поможет ли это положить конец затяжному конфликту в Сирии, сказать пока трудно.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе"http://www.bfm.ru/news?author=15028 на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.

Речь теневого мнистра иностранных дел Хилари Бенна (в нарушение обычных правил в Палате Общин в конце — аплодисменты) -

Сирия: бомбить или не бомбить?

Пятая колонна Кэмерона 

Читайте дополненную по итогам голосования и первых бомбежек запись здесь.

В британском парламенте в четверг весь день проходили дебаты о бомбовых ударах на территории Сирии. Как ожидается, депутаты поддержат просьбу премьер-министра одобрить удары по террористам в Сирии.

За предложение правительства, по последним подсчетам, проголосует по крайней мере 346 депутатов, включая часть лейбористской оппозиции и либерал-демократов. Против, как подсчитывают, 269 — большинство лейбористов, небольшое число консерваторов, а также шотландские националисты всей фракцией, валлийцы (Плайд Камри) и зеленые (один депутат).

Два года назад парламент проголосовал против ударов на территории Сирии. Вслед за Англией от военного вмешательства воздержались и США. Сегодня обстановка изменилась. Угроза (запрещенной на территории РФ) террористической организации Даеш/ИГИЛ считается главной. В Сирии действует российская воинская группировка, объективно по ту же сторону конфликта, что и страны западной коалиции. ООН проголосовала в поддержку решительных действий против Даеш/ИГИЛ. 

Большинство могло бы быть и большим. Но накануне дебатов премьер-министр Дэвид Кэмерон сделал оскорбившее многих замечание. Он назвал “кучкой сочувствующих террористам”  — “terrorist sympathisers” тех, кто выступает против бомбардировок на территории Сирии. Британская “пятая колонна”? Противники военной эскалации отвечают: можно быть против, но оставаться и патриотом, и противником терроризма. В Лондоне прошел марш протеста против бомбежек. Лидер лейбористов Джереми Корбин  во время дебатов попросил премьера отозвать свое замечание. Кэмерон никак не ответил, то есть отказался. Сам Корбин выступает против, но разрешил своим депутатам голосовать по совести, как сами считают правильным. 

В британских дебатах задают те вопросы, которые, собственно, возникают везде, включая и Россию. Только обсуждают их с разной интенсивностью. Бомбы бомбами, а есть ли стратегия на потом? Политическое урегулирование? Можно ли выиграть войну с Даеш с воздуха? Где те, сирийские сухопутные силы, поддержку которых все ждут? Есть ли они? Или фактически союз с Асадом? При всей высокоточности современного оружия, насколько вероятны жертвы гражданского населения? И наконец, не увеличит ли вмешательство угрозу терроризма дома? 

Результат голосования скоро будет известен (ночью по московскому времени). 

Независимо от этого, у многих, наверное, возникнет вопрос, минуточку, а что ж, до сих пор британцы разве не бомбили в Сирии? В фильме Бондарчука “9 рота” один советский боец перед отправкой в Афганистан спрашивает офицера-востоковеда: “а не все равно, кого мочить?” Оказывается, не все равно. Также в Сирии. Во всяком случае в коалиции из сорока стран, участвующих в операциях против Даеш, не все бомбят по территории Сирии. По разным причинам, но не в последнюю очередь, потому что не ясно, кто где и за кого. 

По данным американского Central Command (CENTCOM), штаба операций западной коалиции, на середину ноября коалиция нанесла 5432 удара на территории Ирака, 2857 — Сирии. Если посмотреть в отдельности, то картина получается контрастная. США нанесли 3768 ударов в Ираке и 2703 в Сирии. Остальные участники коалиции в Ираке бомбили 1664 раза, а в Сирии — 154. Как заметил один известный российский арабист, бомбят, но лениво. 

Кроме Англии, в Сирии не бомбят Нидерланды (третья по числу бомбовылетов страна коалиции), Бельгия и Дания. После голосования ситуация должна измениться. 

Поможет ли это положить конец затяжному конфликту в Сирии, сказать пока трудно.

Сирия-Турция-Россия.

Иванов-Петров-Сидоров

Совершенно секретный ситанализ. Частичный транскрипт. Участники: ХХ-ХХ Иванов, ХХ-ХХ первого ранга Петров, ХХ-хх Сидоров, а также офицер связи, аналитик ХХХ, рабочее имя “Смит”

ДИСКЛЕЙМЕР: публикуется на условиях полной анонимности, совпадения с реальными событиями, сходство с персонами, организациями, публичными цитатами и демаршами является совершенно случайным, плодом вымысла автора транскрипта и не могут ни восприниматься, ни толковаться, ни инкриминироваться ни автору, ни транскрайберу, ни участникам ситанализа как отражающие в какой-либо мере существующую информацию о событиях. Все изложенное является художественным вымыслом и по возможности было тщательно проверено по разным источникам. 

В квадратных скобках примечания транскрайбера (временами густо краснела), в круглых — ремарки наблюдателей из соседской комнаты [невозможно рядом сидеть и их комменты слушать]. Отточиями помечены пропуски.

(Очень тихая комната. Что-то тихо жужжит. Матовый, но яркий желтоватый свет сверху. Овальный черный стол.)

[...]

Иванов: Смит, у вас что-то есть? Как наверху тогда договорились — как только, так сразу. Еще раз спасибо, кстати, за Шарм.

Смит: Велкам, то есть не за что. Вы бы сами нашли. Если бы сразу захотели. И потом перестаньте меня на [... ...! неразборчиво] называть Смит.

Иванов: Так похож же ж!

Смит: Так и вы похожи, кхм.

Иванов: На кого? (приглаживает бровь)

Смит: На майора Пронина в унитазе...

Иванов: Иди [неразборчиво] 

Смит: Ладно. Если коротко. Вот еще что образовалось... [...]

[....]

Иванов: [неразборчиво] ...акт войны.

Петров: Казус белли. Казус. Провокация. Удар в спину... 

Сидоров: Провокация против чего? или кого? Мы же не союзники. (чешет подбородок)

Петров: Против коалиции.

Сидоров: Какой коалиции?

Петров: Против терроризма, против Игил [прим. транскрайбера: запрещенная в РФ террористическая организация]

Сидоров: Говори Даэш

Петров: Даешь Игил! Ты мне достал.

Иванов: Хватит. Сидоров, тебе побриться пора. И перестань чесаться. Этот район - зона турецкого влияния. Туркменские бригады и против Асада, и против Игил. И в непосредственной близости от Латакии.

Сидоров: Не в такой уж непосредственной. Не сунутся.

Смит: кхм

Иванов: Что? (гладит обе брови)

Смит: (молчит, расстегивает ворот рубашки)

Иванов: Да говори!

Смит: Я только офицер связи, наблюдатель.

Иванов: (язвительно) Как же! Я же знаю, что ты аналитик.

Смит: (подтягивает галстук) кхм...

[...]

Иванов: (ни к кому не обращаясь) Ты хочешь сказать, это начало войны в воздухе? 

Смит: Что значит, “войны в воздухе”?

Иванов: До сих пор бомбили как бы безнаказанно, как в компьютерной игре. Теперь у “ползающей” оппозиции появились крылья? Турецкие?

Смит: (распускает галстук) Нет. Ерунда. Один случай — еще ничего не значит.

Сидоров: Было десять, или сколько там предупреждений. 

Петров: (фальцетом) Какие еще предупреждения! 

Сидоров: Так, вот сводка последних перед боевым столкновением событий. 19 ноября МИД вызывает нашего...

Иванов: уф! Сколько раз — только в третьем лице!

Сидоров: ...российского посла и требует прекратить бомбежки сирийских туркменов. Позиции расположены в Латакии близ границы с Турцией. Далее, 23 ноября Анкара предлагает созвать Совбез. В тот же день Давутоглу предупреждает: Турция может “принять меры для защиты туркменов”, включая Сирию. 24-го — боевое столкновение, сбивают.

Иванов: (гладит левую бровь) Так! Подводка была. Не верили. [неразборчиво], но наши наверх довели по всей? 

Петров: По нашей цепочке — да. По полной. Включая...

[...] 

Петров: А дальше уже...

Иванов: уффа, понятно. (Смиту) Ты точно знаешь?

Смит: кхм, что знаю?

Иванов: Что ерунда, единичный случай?

Смит: (подтягивает галстук) Так в обкоме считают. 

Иванов: Отличненько! Считают! А в турецком райкоме что?

Смит: Автономность. Обком Эрдогану не указ.

Иванов: Знаем-знаем!

[...]

(Слышен звук проворачиваемой винтовой пробки, неясно, пластиковой или металлической, потом звук наливаемой жидкости, продолжительный, на три или четыре ёмкости)

Петров: Хорошо. Жесткий ответ? Какой? Сбить турецкий самолет? 

Сидоров: Из всех орудий! Особенно главного калибра!

Иванов: Перестань чесаться! И чтоб щетину сбрил! Паяц [неразборчиво]

Сидоров: Так модно! И потом у нас кризисный ахтунг. С гибридной небритостью.

Иванов: Я тебе покажу ахтунг! гибридный! Ты здесь не фиглярствовать, а думать сидишь!

Сидоров: (обиженно молчит, слышно сопение)

[...]

(Звук опускаемых на стол стеклянных сосудов, вздох, покашливание, кто-то внятно произносит “кхм”)

Иванов: Так. Подождите. Мы сейчас окончательно запутаемся. Давайте по порядку. 

Петров: По порядку: сбит самолет. Почему? 

Смит: Потому что вы бомбите турок — туркменов, туркоманов. Против Асада они просто держали позиции, против Даэша на востоке вели бои. 

Сидоров: Туркоманы - не турки. 

Иванов: Не сбивай опять, Сидоров, слишком много знаешь. И потом, Смит, мы договорились — только в третьем лице. Так наверху договорились. Иначе ничего не будет. Нас здесь пишут, пусть и ни для кого. Как бы. Но все равно под транскрипт. Поэтому. Никто никому ничего не советует, ясно? Только ситанализ. Dak? [прим.транскрайбера-машинистки: dak/dac, видимо, от французского d’accord — так, согласен]

Смит: Dac! Есть! (подтягивает галстук)

Сидоров: Ладно, русские бомбят сирийских турков. Сирийские турки — туркмены, против Асада. Давно и сразу. Эрдоган их опекает.

Петров: Есть которые и за Асада...

Сидоров: Есть, но горная Латакия, вплоть до Алеппо, даже есть вокруг игиловской Ракки — это туркменские, турецкие районы. Там российская авиация и бомбит.

Петров: Не факт

Сидоров: Не факт, но с округленной достоверностью допустимо. Бомбит.

Петров: Ихха! (срывается на фальцет) Округленной достоверностью! Это еще что?

Иванов: Нам точность нужна (гладит обе брови)

Сидоров: Точность подвижна.

Иванов: Не уводи в сторону. И перестань, наконец, чесаться. Чтоб сразу после — к Танечке на первом, пусть тебе рожу отгладит.

Сидоров: К Танечке — всегда. Да не увожу я. Еще раз: русские бомбят сирийских турков. Сирийские турки — туркмены, против Асада. Давно и сразу. Лучшие бригады готовят спецы из турецкой ОКК, бордовые береты, берелилеры, янычарам не снилось. Эрдоган их опекает. Ясно должно быть: Эрдоган и дал отмашку — турецкую, туркменскую оппозицию защищать огнем и мечом. 

Петров: И оралом.

Иванов, Петров, Сидоров: (все вместе) Орал [неразборчиво]

Смит: (давясь) кхм-кхм (распускает галстук)

Иванов: Уффа! Орал уже пошел и еще ойойой какой будет. Сейчас оралы обратно на мечи начнут ковать. И вообще, Петров, не перебивай, дай хипарю чесоточному закончить.

Петров: Огнем и мечом — это мы еще посмотрим, кто кого. Но все-таки. 19-го нашего вызывали? Вызывали. Мы что сказали? [неразборчиво] 24-го сбили. Преднамеренная провокация. Боевой конфликт. Двусторонний с многосторонними рамификациями.

Иванов: Петров, ты не Сидоров, говори по-русски. Так! Значит, дело не в “нарушениях воздушного пространства” и защите суверенитета, а в защите своих, этнических турков, туркоговорящего населения? Замечательный Дамбас у тебя получается.

Сидоров: Еще какой Дамбас. Предложите другое?

Иванов: Здесь только на ты...

Петров: (фальцетом) На ты, так на ты. (внезапно, глубоким басом) Нет! Да! Понял! Коалиция!

Сидоров: (возбужденно чешет подбородок) Коалиция?

Иванов: Коалиция? Опять? Уже обсудили.

Сидоров: Нет! Нет! Понимаете — ко-а-ли-ци-я!

Смит: кхм, коалиция! (подтягивает галстук) 

Иванов: Что коалиция? Сорвать торжественный запуск большой коалиции? Турки от нее проигрывают ведь? Так что ли?

Сидоров: Почему? Наоборот. Смотрите: фокус после Латакии и Тартуса сместился на Россию и Иран. Аятоллы через себя круизы — крылатые ракеты с крейсера “Дагестан” пропускают из Каспия. Иранские советники-командиры уже в Сирии, бутсы на земле. Эрдоган на вторых ролях. А хочет региональной сверхдержавой. Нужен какой-то громкий, но не слишком страшный фрапетто. НАТО никак не сможет его прижучить. Это он знает. А на себя переключает. Железно? 

Смит: Немного фэнтэзи в холодной воде, кхм. Эрдоган никому не нужен? Как же! Базы, оплот НАТО, буфер между Европой и Востоком, hardware, противовес Ирану, России. Их никто из коалиции не исключает и не исключит никогда. 

Сидоров: Да, но как младшего партнера. И от напряженности он выигрывает...

Иванов: Какой? (гладит левую бровь) Какой напряженности? Между Россией и Западом?

Сидоров: ну да!

Петров: Ха! Тогда зачем было сбивать?

Иванов: Да-а? Зачем? Еще больше себе осложнить жизнь, в том числе и с натовскими партнерами?

Сидоров: Скорее наоборот — хотел подтолкнуть РФ к коалиции, но со сдвигом...

Иванов: Как это?

Сидоров: А так: будете бомбить туркменов — никакой коалиции вплоть до сбивания сушек. И пусть НАТО вместе с обкомом за[неразборчиво]. Переключитесь на подальше, игил, нусра и все такое, курдов немножко потеребить — и пожалуйста, полная коалиция. Детант, санкции частично отмирают, Крым — в долгий ящик.

Иванов: Это как-то. Непохоже. Слишком рискованно. Сколько облетов было за последний год? Штаты — три метра до войны, Англия, Япония, всякие Эстонии с Финляндиями. Слишком. (гладит левую бровь) 

Смит: Кхм. (напевает) From the ashes of disa-aaster grow the ro-oses of success. 

Иванов: Чего это?

Смит: Сорри. Виноват. Песня такая, из боевика “Чичи-чичи, банг-банг”. Из пепла катастроф вырастают розы успеха. Кхм, wishful thinking. Хотя зерно есть. Русские всё просили показать им, кого нельзя бомбить. Нет, не показывают. Вот, показали.

Иванов: Ну ты это уж! Чичи, бам-бам! Давай осторожнее, инцидент серьезный. Наши мужики погибли. Все видели. Общественность взбудоражена, жаждут. Что будем делать?

Сидоров: Первое — не допустить эскалации.

Петров: Но должна быть демонстрация “ответных мер”.

Иванов: Ладно, но каких? Проливы? Поток, АЭС? С этим мы мало что можем без ущерба себе же. Продукты, еда массового спроса — другое, чуть можно. Туризм, полеты? Да, пожалуй, тут можно посильнее.

Петров: А Рождество? Египет — швах. Канары, Мальдивы, Таиланд — это же для другого контингента.

Иванов: Ничего, обойдутся. А турков куснет. Смит, ты что скажешь? 

Сидоров: (трет щеки, внезапно) Вена! Венский формат ни в коем случае нельзя трогать!

Смит: (застегивает на рубашке пуговицу, подтягивает галстук) Вена, кхм, согласен... Я только наблюдатель, офицер связи. Но мне нравится ход ваших мыслей. Называется — деэскалация. Большая дубинка страшна только пока ею не молотят. Так?

Иванов: Уффы. Деэскалация. Панталоны, фрак, жилет. Нам недремлющий нано-брегет звонит. Пора записку готовить. И официальную "линию" для этой [неразборчиво].  Так, а что скажет обком?

Смит: В обком доложу в полном объеме. Послушается ли обкома Турция — другой вопрос.

Иванов: А ты, [неразборчиво], сделай так, чтоб послушались. 

Смит: (голосом Сухова) Восток - дело тонкое!

Иванов: Уффы! Да откуда ты всего этого набрался! 

Смит: У нас говорят: бесцельно потраченная молодость. Астронавты рассказывали.

Иванов: За это нужно еще по одной.

Смит: побольше льда, плиз

[...]

Кто такие сирийские туркмены?

(по следам сбитого СУ-24)

"Туркмены" в Сирии — это, конечно, не выходцы из б.советского Туркменистана. Это сирийские турки (также называются туркоманами). 

Численность 114 тыс.человек, 0,6% населения. Основные районы компактного проживания — Латакия, Хомс, Хама. 

В Сирии действует так называемая Сирийская туркменская армия, подготовкой которой занимается турецкий спецназ. Бригады сирийских туркменов действуют в или близ Латакии, Алеппо (видимо, главный центр концентрации), Хомсе, Ракке, Дамаске, Идлибе, Хаме и Тартусе. В некоторых провинциях, например, в Латакии, бригады туркменов действуют самостоятельно. В других вместе с арабскими отрядами оппозиции.

Председателем "зонтичной" группы Национальная коалиция сирийских революционных и оппозиционных сил (создана в 2012 г. в Дохе, Катар) является туркмен Халед Ходжа (с января 2015 г.). 

Синайская безопасность.

Россия прекращает полеты в Египет. Это решение принято вслед за такими же экстренными мерами европейских стран и после телефонных переговоров в четверг президента Путина с премьер-министром Кэмероном.

Появились новые детали. Экстренное решение британская COBRA, правительственный комитет по кризисным ситуациям, приняла на основе анализа перехвата электронных коммуникаций уже после катастрофы. Судя по всему, именно эта новая дополнительная информация и послужила окончательным толчком к запрету полетов на египетский курорт. В чем она состоит, официальные лица не раскрывают. Однако в сообщениях прессы фигурирует предположение, что бомбу на борт российского лайнера могли подложить уже прямо перед взлетом, во время погрузки багажа или в ходе предполетного обслуживания. То есть речь идет о персонале аэродрома.

Вопрос о том, не следует ли и России предпринять некие дополнительные меры, теперь решен. Вчера еще в МИДе РФ говорили, что “шокированы” непередачей информации о катастрофе. Между тем, официальный президентский сайт сообщил, что на переговорах Путин и Кэмерон обсудили “также вопросы совместной борьбы с международным терроризмом”. Что могло, разумеется, включать и расследование катастрофы и анализ имеющихся данных, включая разведывательные. На высшем уровне в конкретные детали редко входят. Решается установка, принцип, а уже что именно, какого характера и в каком объеме — проговаривается на рабочем уровне.

Как российские туристы будут выбираться из Шарм-эль-Шейха, еще остается понять. Как и представить, что будет дальше с туризмом в стране. В год 3 миллиона россиян посещают Египет, это примерно треть общего числа туристического потока в страну. По сообщениям, сейчас в Египте находится около 45 тысяч российских туристов, британцев около 19 тысяч.

Пока же британские самолеты с британским же секьюрити вывозят своих граждан из страны. На борт с собой разрешено брать только ручную кладь, пассажирам с маленькими детьми дополнительно детское питание. Основной багаж отправляют отдельно специальными рейсами. Некоторые ворчат, но в большинстве сохраняют спокойствие — знаменитый British cool. 

О безопасности в аэропорту отзывы тоже разные. Одни говорят, что все как надо, другие заметили задремавшего охранника, следующие видели как на просветке багажа сотрудник играл в какую-то игру на своем телефоне вместо того, чтобы смотреть на экран. Сообщали о “вип-обслуживании” в аэропорту, когда за отдельную плату пассажиры проходили вне очереди и без досмотра.

Как будет разворачиваться российско-британская “совместная борьба с международным терроризмом”, пока сказать трудно. Основа для этого есть хотя бы в том, что русские и британцы вместе оказывались жертвами террористических актов. Лишь в июне этого года в нападении на отдыхавших на пляже в Тунисе погибли десятки британских туристов, была убита россиянка и ранена ее дочь. 

Синай и Сирия. Летать или не летать?

Это “асимметричный” ответ террористов. 

Он связан с Сирией. 

И гибель 224 наших соотечественников — это первый “груз 200”.

Решение британских властей запретить все полеты в Шарм-эль-Шейх и оттуда может показаться чрезмерным. Все же, оно заставляет задуматься об отношениях государства и граждан.

Сравнение неприятное, но напрашивается. Как же так? Получается, что Британия запретила летать, пока причины чужой, русской катастрофы не будут выяснены, безопасность не восстановлена. А Россия летать будет — пока причины не будут установлены. 

Это касается и лайнеров “Когалымавиа”, с одним из которых в Пулково в четверг произошла небольшая авария. Российские туроператоры предсказывают падение спроса на отдых в Египте на 30-50% только в течение нескольких недель, а потом восстановление трафика на этом самом популярном маршруте наших отдыхающих.

  

Преждевременной спекуляцией могут показаться и предположения, что гибель российского лайнера на Синае — это результат террористического акта. Их высказал британский министр иностранных дел Филип Хэммонд и ряд официальных представителей США. В основе — данные разведки, а также, как выразился Хэммонд, “контекстуальная бекграунд-информация”. Имеется в виду, что британский правительственный комитет по чрезвычайным ситуациям COBRA, принял сенсационное решение о прекращении полетов с учетом всего комплекса факторов безопасности для граждан, не только разведки.

Речь идет об экстренной эвакуации из Шарма около 20 тысяч британцев, включая и девять тысяч туристов. До пятницы задержали свои рейсы British Airways и лоукостер Monarch, а EasyJet — на неопределенное время. Британские туроператоры Thomas Cook, Thomson Airways и First Choice отменили полеты и отпускные программы на десять дней — до 12 ноября. 

Ирландское авиауправление Irish Aviation Authority распорядилось, чтобы авиакомпании страны прекратили полеты в этот район до дальнейших указаний. Это примечательно, потому что ирландские специалисты участвуют в комиссии по расследованию катастрофы (а британские нет).

Спекуляции или не спекуляции, решение Лондона принято в самый неподходящий момент. В четверг начался визит президента Египта Абдул-Фаттаха Ас-Сиси в Англию, проходят переговоры с Дэвидом Кэмероном. Речь должна была идти о сотрудничестве в борьбе с исламистским экстремизмом, о других важных проектах. Судя по сообщениям, о чрезвычайных мерах в отношении Шарм-эль-Шейха египетская сторона узнала уже “после события”. Теперь британцам придется оправдываться...

И опять вопрос: если несмотря на всю щекотливость ситуации, явную угрозу переговорам на высшем уровне экстренное решение о полетах все же было принято, значит, решили, что угроза своим гражданам перевешивает?

Египет болезненно относится в вопросам национального престижа, настаивает, что безопасность курортов обеспечивается, как должно. Расследование идет. Лучше, действительно, не забегать вперед с предположениями. 

Вот другое. После катастрофы германского лайнера в Альпах вспоминали похожие случаи — с пилотом-самоубийцей. Среди них катастрофа Боинга 767 EgyptAir у берегов Массачусеттса 31 октября 1999 года, тогда погибло 217 человек. Американские и египетские специалисты резко разошлись в ходе расследования. Египтяне настаивали, что было что-то не так с самолетом. Американцы пришли к выводу, что ответственность лежит на пилоте самолета-египтянине, пусть даже мотивы его остались необъясненными. Эти заключения вызвали острые споры. В Египте обвиняли США в заговоре, возникли предположения о роли ЦРУ и Моссад. Два доклада так и остались с разными выводами. 

Конечно, сейчас времена другие, прошла революция, Египет старается восстановить и престиж, и экономику. 

Туризм для страны фараонов и теплого моря имеет огромное значение. До революции 2011 года он давал 14,4% валютных доходов, 11% ввп. После революции произошел резкий спад. С почти 15 миллионов туристов в 2010 году до 9,5 миллионов в 2013-м. В последние год-два дела пошли на поправку: в прошлом году доходы от туризма превысили 7 млрд.долларов по сравнению с 5,9 мрд. в год предыдущий. Не в последнюю очередь это благодаря Шарм-эль-Шейху с его относительно доступными ценами (по сравнению, скажем, с ценами в соседнем Дубаи), с его вечно-солнечным небом и вечно-теплым морем. 

Главным туристическим контингентом для Египта стали как раз Россия и Британия. В 2014 году в стране побывало 3 миллиона россиян, на 600 тысяч больше, чем в предыдущем году. В нынешнем ожидалось еще больше. Второй по значению туристический поток — из Англии. В 2013 году оттуда в Египет приехало 800 тысяч человек, в этом году ожидалось два-два с половиной миллиона. 

Как теперь пойдет, трудно сказать. В Египте говорят, без русских и англичан Шарм можно просто закрывать.

И наконец, еще один вопрос. Почему у Москвы такая сдержанность, даже нежелание допустить возможность террористического акта? Не пугать граждан? Не опережать следствие? 

Может, потому что тогда придется допустить, что эта катастрофа связана с сирийской экспедицией российских вооруженных сил. Что это “асимметричный” ответ террористов. Что он связан с Сирией. И что гибель 224 наших соотечественников — это первый “груз 200”.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться. 

Подходы к Сирии: деконфликтация и прагматизм

В новом повороте сирийского конфликта кроме “подсчета очков” — что выиграла Россия, что проиграл Запад, что выиграли или проиграли их союзники и противники  — есть еще одна сторона. Возник импульс к скорейшему урегулированию. 

По какой формуле, не очень ясно. Ясно, что окно возможностей открыто и договариваться хотят. Говорят: вот, как побомбили, как пустили крылатые ракеты, так сразу зашевелились, разговаривать стали как с равными. Это и так и не так. Да, Россия произвела впечатления военной операцией, при всех ее нынешних и будущих рисках, при трудной логистике. Заявила себя как глобальная сила. Но дальше что? При том, сколько разных стран, групп и интересов затронуто? И миллионы беженцев?

В интервью ВВС в четверг бывший глава британской разведки МИ-6 сэр Джон Соерс (ныне председатель консалтинга Macro Advisory Partners), отметил: “Существует потребность в прагматизме”, то есть пора оставить в стороне разногласия и разговаривать серьезно.

Среди многоголосия оценок и прогнозов на Западе выделяются несколько повторяющихся мотивов. 

Среди них такие. После вмешательства России Асад останется, по крайней мере в ближайшей перспективе. Даже при том, что придется де-факто признать расчленение Сирии на несколько зон влияния или контроля. За Асадом останется западная часть страны со средиземноморским побережьем, на севере зона влияния курдов, Турции, на востоке зона запрещенной террористической организации “Даеш” (ИГИЛ), а также зоны, контролируемые умеренными суннитами при поддержке, возможно, Иорданией. 

Во-вторых, говорят о “деконфликтации” ситуации. Еще до первых российских бомбовых ударов, в середине сентября, этот неуклюжий термин запустил Пентагон. Его повторяли на разных уровнях в администрации США, вплоть до госсекретаря Керри. Имелось в виду установление прямой координации между военными России и западной коалиции: определение целей, коридоров, радиочастот, наконец, языка переговоров, чтобы избежать неприятностей в воздухе.

С “деконфликтацией” происходит, кажется, любопытная метаморфоза. Судя по последним сообщениям, уже после ударов российскими крылатыми ракетами, в США недовольны тем, как проходит “деконфликтация” между военными. Однако  европейские аналитики продолжают пользоваться этим термином. Или отстают от американских тонкостей, или же наметились, если не разногласия, то некий “разностеп” между участниками западной коалиции и “деконфликтация” наполняется более широким смыслом, как метод найти общий язык.

И в-третьих, еще один мотив возник. Заговорили о необходимости скорейшего создания контактной группы по аналогии с той, которая в 90-х разруливала конфликт в бывшей Югославии. С точки зрения бывшего главы МИ-6 Джона Соерса, в такую контактную группу могли бы войти пять постоянных членов Совета Безопасности ООН — Россия, США,  Англия, Франция и Китай (так называемая P-5) плюс Турция, Иран и Саудовская Аравия. По мнению бывшего британского министра иностранных дел лорда Оуэна дела бы шли успешнее, если бы в контактную группу вошли P-5, а также Германия, Турция, Иран и Сирия. Оуэн, ветеран контактной группы по Югославии, считает, что Германия нужна, потому что она сыграла ключевую роль в переговорах международной группы по иранской ядерной программе, успешно завершившихся лозаннским соглашением.

Будет ли создана контактная группа, когда и в каком составе, пока сказать трудно. Ясно, что движение есть. Процесс пошел. Окно возможностей не закрыто.

А пока остается только пожелать российским военным в Сирии, мужчинам и женщинам, вернуться домой живыми и здоровыми.

из интервью Соерса -


Читайте также "Сирийский кризис и очередные задачи демократий" от 2 сентября 2013 года.

Эта заметка опбуликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться. 

Асадов и Сирия.

Ведь все, от чего человек терзается,
Все подлости мира, как этажи,
Всегда пренахальнейше возвышаются
На общем фундаменте вечной лжи.

Есть люди, что, веря в пустой туман,
Мечтают, чтоб счастье легко и весело
Подсело к ним рядом и ножки свесило:
Мол, вот я, бери и клади в карман!

Есть счастье еще и когда в пути
Ты сможешь в беду, как зимою в реку,
На выручку кинуться к человеку,
Подставить плечо ему и спасти.

Это, конечно, Асадов Эдуард (отрывок из стихотворения "О смысле жизни"), знаменитый советский поэт (кто не помнит: "Ведь может быть тело дворняги, А сердце — чистейшей породы!" стихотворение "Стихи о рыжей дворняге" здесь, в подборке стихов, википедия об Асадове).

Я про другое. Сейчас тут поют, "Сирия, сестра моя, Твой русский брат защитит тебя!" (полный текст читайте здесь)

Бомбить по всем правилам и договоренностям — это да. А как же беженцы? Беженцы-то как?

Песня о Сирии —

Сирия. Голландский формат

После вступления российских вооруженных сил в сирийский конфликт Голландия решила воздержаться от участия в рейдах западной авиации внутри этой страны. Об этом сообщила местная пресса. 

В Париже в пятницу проходят переговоры на высшем уровне в четверном — нормандском формате — Россия, Украина, Франция и Германия. Они должны были быть полностью посвящены урегулированию кризиса на востоке Украины, но начало прямого вооруженного участия России в сирийском конфликте усложнило картину.

Поможет ли переключение внимания на Ближний Восток поискам выхода из украинского кризиса, или наоборот, только затруднит их, это   вопрос без явного ответа. 

Так же неясны сроки и масштабы российской экспедиции. Конфликт ведь тянется уже несколько лет, с 2011 года. Не вполне просматриваются конкретные военные и политические цели. Защитить Асада? Разгромить исламистов “Даеш”/ИГИЛ и другие группировки? Сколько времени и сил это займет и какие последствия будут для отношений с другими мусульманскими странами? Что, побомбили и ушли?

И уж совсем трудно с оценкой стоимости операции. Сообщают о нескольких десятках российских самолетах и вертолетах в Сирии плюс наземный персонал, охрана. Один полетный час американского F-15, например, стоит, по данным Пентагона, 41 921 доллар, истребителя-бомбардировщика F-16C — 22 514 долларов. 

Понятно, они там, в западной коалиции, считают по-своему. Но все равно, это же сколько набежит?

Кстати о коалициях. Решение Нидерландов может показаться малозначительным. Страна небольшая, младший партнер натовских большаков — США, Англии, Франции, участвующих в бомбежках позиций игиловцев и других группировок в Ираке и Сирии. 

Небольшая, может, и небольшая, но не последняя. Между прочим, голландские Королевские ВВС (Koninklijke Luchtmacht) со своими F-16 на третьем месте по чису бомбовылетов после США и Англии, опережая Францию. На середину сентября силы западной коалиции совершили всего 7000 ударов в Сирии и Ираке. Из 4506 атак на позиции "Даеш" (ИГИЛ) в Ираке на США приходится 2962, на Великобританию 310, на Нидерланды 265, на Францию 218. Кроме того, в бомбежках принимают участие Бельгия, Дания, Канада и Австралия.

Да, и вот еще какая деталь. Правительство Нидерландов еще в сентябре прошлого года получило официальную просьбу правительства Ирака о поддержке в вооруженных действиях против "Даеш". Так что бомбят законно. По крайней мере в Ираке. В отношении рейдов в Сирию воздерживались. Политика такая: без международного мандата нельзя.

Внутри страны и, видимо, со стороны партнеров было давление. Глава голландской армии Том Миддендорп говорил, что “с военно-технической точки зрения было бы логично включить и цели на территории Сирии”. Некоторые министры поддерживали: позиции ИГИЛ в Сирии, оттуда атакуют Ирак, надо бомбить и в Сирии. 

Еще на прошлой неделе о скором решении расширить спектр операций и на Сирию уверенно говорила министр обороны Жанин Хеннис (та самая блондинка с вызвавшей столько оживления в России фото четырех европейских министров обороны — женщин). Сейчас же, как сообщает газета de Volkskrant со ссылкой на источники в кабинете, это отложено на неопределенное время. 

Это не раскол коалиции, это отражение того напряженного внимания, с которым анализируют новый поворот. 

Эта заметка опблкована также в моей колонке на BFM.ru "Как в Европе". Тексты могут несколько отличаться.

Ловушка Путина.

(Мирский о Сирии)

Ведущий российский востоковед-арабист Георгий Мирский (Википедия о нем) опубликовал анализ ситуации, складывающейся вокруг Сирии и кризиса с беженцами. Мирский, всегда безупречный в знании реалий и тонкий в анализе, говорит об "окне возможностей", когда и Россия, и Запад оказались вроде как по одну сторону конфликта на Ближнем Востоке. Невозможности все-таки, получается, перевешивают возможности. 

Небольшой отрывок, касающийся только отношений с США: 

Но даже если бы все это выглядело иначе, остается один главный, глобальный, геополитический фактор: конфронтация между Россией и Западом, новая « холодная война». Те, кто говорят: вот сумели же в позапрошлом году договориться насчет химического оружия в Сирии, забывают, что это было д о К р ы м а  и  Д о н б а с с а. Сейчас все изменилось. Обама, конечно, понимает, что если смотреть только на сирийскую ситуацию, худший вариант – это халифат со столицей в Дамаске. Но он должен смотреть шире, оглянуться вокруг – и что он видит? Конгресс, контролируемый его врагами-республиканцами, клюет его беспрерывно, и в первую очередь именно за его «слабую и беспомощную» политику в Сирии. Двинуться навстречу Путину – тогда уже не только республиканцы, но возможно и преобладающая часть населения США сочтет его слабаком, лузером, если не капитулянтом. Ведь антипутинская пропаганда сделала свое дело. Далее, он видит турецкого президента Эрдогана, злейшего врага Асада, и Саудовскую Аравию с Катаром, которые ни за что не откажутся от намерения уничтожить шиитскую власть в Дамаске. И он видит физиономии тысяч журналистов, телевизионщиков, политиканов, которые с невероятной яростью выльют на него, Обаму, цистерны помоев за то, что он допустил Путина укорениться на Ближнем Востоке. И возвращаемся к началу: ловушка, устроенная Путиным? Возможно, но звери, бывает, вырываются из капкана, оставляя в нем оторванную лапу. Обама явно закончит свои восемь президентских лет по крайней мере без одной лапы. Но он не останется в путинской западне.

Даеш, Исламское государство.

Детали информационной войны 

Восток дело тонкое!
На фото Андрея Бутко
памятник красноармейцу Сухову в Донецке.

Французское правительство решило официально отказаться от использования терминов “Исламское государство” (ИГ) или “Исламское государство Ирака и Леванта” (ИГИЛ). Министр иностранных дел Лоран Фабиус попросил и прессу страны перестать называть так террористическую организацию джихадистского толка, захватившую обширные территории в Ираке и Сирии. Вместо этих терминов Париж предлагает использовать другой — “Даеш”, с ударением на е. Это та же самая аббревиатура, только по арабским словам.

США уже нанесли авиаудары по позициям боевиков и активно организуют международную коалицию с участием западных и арабских стран, чтобы остановить дальнейшее продвижение этой группировки. События последней недели — зверская расправа с английскими и французскими пленниками — резко изменили общественное мнение в Европе. Франция готовится присоединиться к коалиции. Британский парламент в пятницу проголосовал в поддержку участия Англии в ударах по позициям боевиков, пока только в Ираке. Боевые самолеты “Торнадо” уже стоят наготове, на базу на Кипре доставлены ракеты и бомбы с лазерным наведением.

Новый дипломатический расклад, вызванный событиями, может оказаться благоприятным для России — она оказывается по одну сторону с Западом в конфликте в Сирии и Ираке. Неслучайны разговоры об изменении характера санкций и усиленные поиски урегулирования в украинском кризисе.

И вот об этой детали с названием. С тем, как кого называть. Понятно, что есть разница между террористами и ополченцами, аннексией и воссоединением. Почему Даеш?

В Великобритании, США и в российской прессе по-прежнему используется “Исламское государство”, аббревиатуры ИГ и ИГИЛ. Во Франции кто-то уже переключился, некоторые еще по старинке именуют. Между тем, в этой фразе — исламское государство — уже содержится нечто привлекательное для радикально настроенных молодых людей с мешаниной в головах, мало имеющей общего с признанной мировой религией. Как же, постоим за веру против угнетателей.

Поначалу арабская аббревиатура полного наименования Dawlat al-Islāmiyya fī al-Irāq wa s-Shām была просто аббревиатурой. Давлат — это нация или государство. Ирак произносится с Е, а шаам означает "Великая Сирия" или Левант (средиземноморский Восток). 

Но очень быстро этот акроним приобрел ругательное звучание. Слово даеш, как мне объяснили, на слух араба вызывает сугубо негативные ассоциации. Одно похожее по звучанию слово означает “раздавливающий что-то ногой”. Другое напоминает об известном арабам легендарном эпизоде из истории междоусобных войн между племенами — о ссоре из-за жеребца Дахиса и кобылы Габры, вызвавшей сорокалетнюю войну. 

Название “Даеш” и стали использовать на Ближнем Востоке противники ИГ.  

Западную общественность поразило, что среди джихадистов Даеш оказались сотни, если не тысячи людей, родившихся и выросших на Западе. В одном из чудовищных видеороликов расправы над американским заложником даешевец говорил с чисто британским акцентом. По оценкам координатора ЕС по борьбе с терроризмом Жиля де Кершова, в Сирии и Ираке в отрядах Даеш находится свыше 3 тысяч европейцев. Из Казахстана сообщают, что и из этой республики воевать на стороне  террористов прибыло несколько сот молодых людей.

Как с этим быть? Помимо военных ударов, разведки, помощи арабским странам, перекрытия источников финансирования Даеш, — помимо всего этого, есть еще и информационная война. Включая выбор слов. 

Предлагаю следовать за французскими коллегами.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.

Сирийский кризис и очередные задачи демократий.

Патрисия Адан:
"больше парламента - больше демократии".

Как ни парадоксально, но в накате и таком же стремительном откате напряженности вокруг Сирии “победила” Англия. Победа лишь моральная, но все-таки очень знаменательная.

Еще в прошлый четверг, 29 августа, вечером, сразу после сенсационного голосования в Вестминстере, многие посыпали голову пеплом — унижение, позор, конец великой державы, подрыв особых отношений с Америкой. Даже в безответственности парламентариев обвиняли. 

В Париже подтвердили, что и без британского участия примут участие в ударах по Сирии. США осторожно, но с плохо скрываемым разочарованием, заявили, “понимаем” и вслед за этим — “без Англии так без Англии”. Госсекретарь Джон Керри даже вдруг вспомнил, что Франция — это “старейший союзник” США, а Англия — старейший противник. Франция поддерживала американскую революцию, надеясь подорвать силы своего злейшего врага в Европе — Англии. Надорвалась сама, получила свою революцию. Владимир Путин не скрывал своего изумления, сказал, “мы привыкли, что в Западном сообществе все принимается без особых дискуссий”. Решил, что произошел “какой-то сбой”.

Хотя какой же сбой, просто демократия. Я писал в предыдущей заметке этого блога, что значение голосования в британском парламенте выходит за национальные рамки и может заставить США и Францию притормозить с вооруженной интервенцией. Так и получилось.

Военная машина уже была запущена. Казалось, ничто ее уже не в силах остановить. Но наступил уикенд, когда все ждали первых ракет, — и ничего не произошло. В последний момента Обама дал отбой и  вслед за Камероном обратился к своему парламенту — Конгрессу — за поддержкой. Конгрессмены не смогут проголосовать до 9-го сентября. Значит, до этого и вооруженных акций не будет. На правом фланге Обаму, как водится, обвиняют в слабости. Другие комментаторы восхищены: мастерский политический ход, заставит замолчать критиков в Конгрессе, а республиканцы-ястребы оказались перед невозможным выбором — или поддержать ненавистного черного президента-демократа, или отказать в поддержке демонстрации американской военной мощи.  

И еще одно важное отмечают: отказ от вооруженной интервенции означает последний гвоздь в наследие Буша-Блэра, втащивших свои страны в трудный конфликт без должного обоснования, общественной поддержки и долгосрочного плана.

После решения Обамы и Франция оказалась в несколько нелепом положении. 

Президент по конституции нынешней Пятой республики пользуется огромными, монархическими полномочиями. Поэтому с такой стремительностью французские войска смогли вмешаться в конфликт в Мали, а ранее в Ливии. Конституция тогда, в 1958 году, писалась в разгар алжирского кризиса,  практически гражданской войны, и писалась под де Голля. Парламентская система сменилась полу-президентской. Левые тогда говорили, что это “перманентный переворот”. Сейчас такого кризиса нет, конечно, но английский пример заставил французов задуматься, а не пришло ли время пересмотреть конституционные основы.

“Не зреет ли в умах наших парламентариев VI республика?— пишет влиятельный сетевой журнал Mediapart.— Решение Дэвида Камерона признать итоги голосования в Палате Общин по сирийской трагедии означает тяжелый удар по имиджу нашей весьма относительной демократии, демократии “малой интенсивности”. Парламентская монархия оказалась привлекательнее монархической республики”.

Один из лидеров оппозиции, бывший премьер-министр Франсуа Фийон заявил, что в “сложившихся обстоятельствах Франция не может начинать войну без четкой поддержки парламента”.  Другой оппозиционный лидер центрист Франсуа Байру считает “немыслимым”, чтобы президент теперь дал приказ без консультаций с парламентом. В правительстве все же настаивают, что решение принять участие в ударах по Сирии верно. Премьер-министр сегодня, 2 сентября, встречается с парламентариями и вечером проводит пресс-конференцию с данными о применении химического оружия в Сирии. На среду, 4 сентября, назначены дебаты в Национальной ассамблее.

В самой правящей партии, впрочем, тоже раздаются голоса в пользу усиления роли парламента. Председатель влиятельной комиссии Национальной ассамблеи по вопросам обороны и вооруженных сил, социалист Патрисия Адан говорит: “Я хотела бы, чтобы парламент участвовал в принятии решения об интервенции. Во многих европейских странах так и принято. Если мы хотим больше демократии,  мы должны дать парламенту больше возможностей высказываться и принимать решения”. Голос Адан весом, она близка к военному-промышленному истеблишменту страны — представляет департамент Финистер в Бретани, где расположены базы французских атомных подводных лодок и военно-морской авиации, а также находится штаб-квартира крупнейшей военно-промышленной корпорации DCNS, участвующей в оснащении “Мистралей” для российского ВМФ.

Получается, что Камерон хоть и проиграл голосование, но одержал серьезную моральную победу. Не слабость, значит, продемонстрировал и авторитет свой подорвал, а устроил демонстрацию торжества демократической процедуры, здравого смысла и поведения, достойного по-настоящему великой державы. 

Конечно, ясно, что дело не только в политической судьбе британского премьера и имидже Британии. Происходит серьезный сдвиг в подходе мирового сообщества к урегулированию конфликтов. Над этим сейчас стоит задуматься.  

Эта статья опубликована также на портале BFM.ru в моём блоге "Как в Европе". Тексты могут отличаться.

Фото: Патрисия Адан, отсюда, автор: jyc1. 

Сирийский кризис: Камерон все-таки победил.

Как ни парадоксально, а победила-то Англия!

Еще в четверг вечером, сразу после голосования в Вестминстере, все кричали - унижение, позор, конец великой державы. А Обама-то вслед за Камероном обратился к своему парламенту — Конгрессу — за поддержкой. Конгрессмены не смогут проголосовать до 9-го сентября. Значит, до этого и вооруженных акций не будет. 

Получается, что Камерон хоть и проиграл голосование, но одержал серьезную моральную победу. Не слабость, значит, продемонстрировал и авторитет свой подорвал, а устроил демонстрацию торжества демократической процедуры, здравого смысла и поведение, достойное по-настоящему великой державы. 

Плюс во Франции заговорили: а не пора ли подумать о Шестой республике, а то у нас какая-то "демократия малой интенсивности" или "монархическая республика". 

А вы говорите, мочить в сортирах.

Читайте мой предыдущий материал о событиях вокруг Сирии.

Сирийский кризис и триумф демократии.

Вестминстер. Здание парламента.

Неожиданное поражение Дэвида Камерона в голосовании по Сирии кто-то расценивает как удар по “особым отношениям” США и Британии. Другие говорят об “уходе” Англии от ответственности в международных делах. Есть еще один итог голосования в парламенте, на который пока мало кто обратил внимание: это победа демократии над авторитаризмом. 

Вот почему.

Британский парламент вчера вечером отказался поддержать вооруженную интервенцию в Сирии 285 голосами против 272. Против голосовали и 30 консерваторов и 9 либералов, представляющих партии правящей коалиции. При том даже, что проект резолюции, представленный вызванным с летних каникул парламентариям был смягчен. В нем говорилось лишь, что военные действия “могут потребоваться в случае необходимости”. 

Неучастие Англии, может, и не остановит США и Францию, но задуматься заставит. Тем более, что сейчас двендадцать стран не поддерживают военные акции. 

Главным фактором, определившим настрой парламентариев, был осадок от событий перед и после вторжения в Ирак в 2003 году. Буш и Блейр “продали” тогда необходимость войны на основе данных об оружии массового уничтожения у Саддама Хусейна. Данных, как потом выяснилось, ложных. Никому не хочется, чтобы история повторилась. Даже при том, что все понимают тяжесть гуманитарного кризиса в Сирии и серьезность применения химического оружия.

Премьер-министру пришлось согласиться. “I get that”, — сказал он, употребив необычную для парламента, разговорную форму фразы “я все понял”. Это больше похоже на “я усек”. Камерон заявил, что Англия не будет участвовать в каких-либо вооруженных акциях против Сирии. Поражение расценивают как историческое. Впервые парламент отказал премьеру по вопросу о применении вооруженных сил. Впервые с Суэцкого кризиса 1956 года премьера не поддержала в таком вопросе оппозиционная партия. Политические обозреватели говорят даже о конституционном кризисе. 

Вот эта сторона событий особенно интересна в долгосрочном плане. Не для одной Англии, но и для других стран. До сих пор Даунинг-стрит, то есть правительство, а точнее лично премьер-министр имел, как считалось, “королевскую прерогативу” в отношении военных дел. Формально главой вооруженных сил является монарх, но от его имени решения принимает премьер, лично, авторитарно. 

Это одна сторона ситуации. Другая в том, что в течение последних 10-15 лет все больше стали с беспокойством говорить о смещении баланса политических сил в сторону исполнительной власти. В ущерб законодательной, то есть парламента. По мнению некоторых, роль парламента постепенно свелась к штампованию решений кабинета. Как в случае с решением об участии в иракской войне. Эту же тенденцию отмечают и в США, и в некоторых других странах Запада. И касается это не только военных дел, а вообще в усилении исполнительной ветви власти, ее “авторитаризации” и ослаблении демократической системы сдержек и противовесов.

Вчерашнее голосование, как видится по первому анализу, возвращает парламенту его решающую роль. “Авторитет премьер-министра, может быть, и пострадает, но не намного и не надолго. Именно он дал возможность парламенту высказаться, признал его мнение. Это навечно останется его заслугой”, — сказал сегодня депутат-консерватор, бывший офицер британской армии Криспин Блант, голосовавший против резолюции. 

Все еще может измениться. Сирийский кризис далек от урегулирования. Сейчас передают, что зажигательная авиабомба вроде напалмовой была сброшена на школу в Сирии, пострадали дети. Общественное мнение может измениться.

Участие в международных военных операциях, включая санкционированные ООН, подтверждает право Великобритании занимать кресло постоянного члена Совета Безопасности ООН. Так же, как и ее роль главного партнера США в международных отношениях.  

Впрочем, нынешняя ситуация — это далеко не первый случай, когда Британия и США расходятся в отношении вооруженной интервенции. Джон Мейджор отказался поддержать Джорджа Буша-старшего в Сомали. И оказался прав. И еще потом выиграл парламентские выборы. При Рейгане вторжение США на Гренаду в 1983 году без консультации с Тэтчер надолго серьезно испортило “особые отношения” двух стран. Ранее, в 60-е годы, лейбористское правительство Гарольда Вильсона отказалось от участия в войне во Вьетнаме. В Суэцком кризисе 1956 года Великобритания и Франция при поддержке Израиля предприняли попытку восстановить имперский форпост на Ближнем Востоке без участия США. Вторжение закончилось провалом, распад колониальных империй ускорился. Чаще Америка и Англия действовали сообща, как в Ираке и Афганистане. Так что долгосрочного ущерба “особым отношениям”, может, и не будет нанесено.

Ирония нового расклада еще и в том, что США и Франция могут притормозить с вооруженным вмешательством. Источники в американской администрации подтверждают, что с данными о применении химического оружия режимом Асада не все так ясно, как уверяют президенты Америки и Франции. “Это далеко не слем-данк”,— сказал AP  американский инсайдер, знакомый с фактами. “Слем-данк” — баскетбольный термин, мяч, положенный игроком сверху прямо в корзину, “верняк” то есть. Именно так в 2002 году директор ЦРУ говорил об оружии массового уничтожения у Саддама. Оказалось, ничего подобного.

Британские военные также с сомнением говорят о результативности ограниченных ударов. Несколько выпущенных ракет, несколько бомбежек ничего не изменят с их точки зрения, а на полномасштабное вторжение по всем военным правилам нет политической воли.

А еще интереснее, что более 150 конгрессменов США требуют, чтобы Обама не предпринимал никаких решительных действий, не предоставив Конгрессу возможность обсудить их. Конгресс сейчас на каникулах, но уже 50 депутатов от Демократической партии подписали письмо с требованием провести дебаты. “Конгресс должен провести полные дебаты, прежде чем США направят военные силы в Сирию или куда-либо еще”,— говорит автор письма член Конгресса Барбара Ли. По мнению аналитиков в США, если вопрос поставить на голосование, то Обама с большой долей вероятности потерпит такое же поражение, как и Камерон.

Эта статья опубликована также на портале BFM.ru в моём блоге "Как в Европе". Тексты могут отличаться.

Фото: Graeme Maclean