 |
| Иван Иванов. |
"Тетрадки" сегодня публикуют новеллу Ивана Иванова "Дети империи". Автор назвал свое произведение "кинороман". В нем действительно много визуального, драматического. Редакцию привлекли и детали московского пейзажа советских времен, и не очень известные в России особенности недавней африканской истории, хитросплетения политики на черном континенте. Автор, профессиональный африканист, пишет о них с уважением и хорошим знанием дела. События новеллы охватывают сразу несколько стран Африки и Ближнего Востока.
Кроме того, читателю будет интересно познакомиться с тем, как в постсоветское время кое-кто строил прибыльный бизнес на "мирном дивиденде" — на торговле вооружениями, вдруг оказавшимися ненужным.
"Кинороман" опубликован на сайте журнала "Nafaras-2016-Sarafan". Здесь перепечатывается с разрешения автора.
Небольшой отрывок:
* * *
Олег продавал оружие. Ему очень нравилась эта устремившаяся ввысь столица Объединенных Арабских Эмиратов — одной из богатейших нефтяных монархий мира. Даже не верилось, что лет тридцать назад на этом самом месте лежали унылые желто-белые пески, да ютился крохотный городишко, вернее – селение, где самым высоким зданием была двухэтажная английская дипломатическая миссия. Золотой дождь нефтедолларов, пролившийся на Эмираты, не ушел в песок пустыни. Миллиарды не осели на счетах правителей в швейцарских банках, а привели к благосостоянию всех подданных.
Здесь не было проблем связаться ни с одной точкой на карте мира. Лучшего места для штаб-квартиры подобрать трудно. Последняя операция принесла Олегу неплохие деньги. Они позволяли не заботиться о ближайшем будущем, купить престижный пентхаус с видом на залив и начать присматриваться к океанским яхтам.
Удачей для Олега стал конфликт между Эфиопией и Эритреей — двумя соседними африканскими государствами. Недавно еще друзья, теперь они изготовились к схватке за пустынный и дикий приграничный район Бадме. Каждая из стран настаивала на своей юрисдикции над этим крошечным пыльным анклавом. Международные карты только вносили путаницу. На одних Бадме обозначался как эфиопская территория, на других — как эритрейская. Там не было ни золота, ни алмазов, ни нефти, ни эбенового дерева, ни даже воды. Но и Аддис-Абеба, и Асмэра не хотели отступаться, чтобы не потерять лицо. Олег знал, что на Чёрном континенте соображения престижа страны часто ставят на первое место. Грех было этим не воспользоваться.
В тот памятный день раздался звонок из Нью-Йорка. Говорил один из помощников генерального секретаря ООН, которого Олег время от времени баловал то дорогими подарками, то пухлыми конвертами. Накануне Совет безопасности приступил к рассмотрению вопроса об эфиопско-эритрейское границе. Для этого потребовалось собрать чрезвычайное заседание.
- По моим данным, через два дня будет введено эмбарго на поставки оружия в обе страны, — скороговоркой пробормотал знакомый и повесил трубку.
Олег тут же связался с Аддис-Абебой. Двое оставшихся суток он не прилёг ни на минуту. И вот, наконец, один за другим исполинские военно-транспортные самолеты «Руслан» стали взмывать с аэродрома одной из восточно-европейских стран. Танки, артиллерия, боеприпасы, птурсы, системы противоракетной обороны, несмотря ни на что, приземлились в Эфиопии.
Когда стройные, высокорослые амхарские десантники разгружали последний самолет этого блиц-авиамоста, агентство Рейтер передало с пометкой СРОЧНО: «Совет безопасности ООН вводит эмбарго на поставки оружия Эфиопии и Эритреи».
- Всё, успели, — облегчённо выдохнул Олег при виде новости. Он откинулся в кресле, устало снял очки и начал массировать переносицу. В этот момент ребята из его небольшой, сплоченной команды уже откупоривали бутылки с шампанским «Кристалл».
Начинался бизнес в далёкие уже 1980-е. После памятной истории в Москве с арестом за поддельные чеки «Внешпосылторга» его родители, коренные русские люди, выехали из СССР в Израиль по поддельному приглашению. Первая остановка была в Вене. И хотя чиновники из Тель-Авива долго уговаривали мнимых советских евреев перебраться в Иерусалим, те твердо отказались. После нескольких месяцев жизни в пересылочном лагере семья Олега добралась до Парижа. Спасибо отцу. Помогли его давние связи.
Во французской столице Олег открыл маленькое бюро переводов. Работы было немного, но, в общем, хватало и на жизнь, и на вечернюю учебу в Сорбонне.
В конце 80-х на студенческой вечеринке он познакомился с Асфау — сыном эфиопского посла в Париже. Общительный и веселый, Асфау не просто прожигал жизнь, но и умел зарабатывать на свои развлечения. Как-то, сидя с Олегом в кафе на Елисейских полях и громко отвешивая полушутливые замечания в адрес французского кофе, такого некрепкого и невкусного, не выдерживающего ни малейшего сравнения с эфиопским оригиналом, Асфау вдруг сделался серьезным и перешёл почти на шёпот:
- Олег, послушай теперь внимательно. Это важно. Помоги нам, и ты неплохо подзаработаешь. Даю слово. Ты знаешь, что наша армия полностью оснащена советским оружием. Но получилось так, что Горбачев и Шеварднадзе запретили экспорт в нашу страну запчастей к самолетам. Дальше так продолжаться не может, иначе наши истребители перестанут летать. А нашим военно-воздушным необходимо быть в полной боевой готовности. На границах неспокойно.
Асфау вынул из внутреннего кармана куртки сложенные вчетверо листки и передал Олегу. Когда тот, уже вернувшись к себе, развернул их, то увидел, что они представляют собой список авиадеталей. Позиций были сотни.
На следующий день Олег позвонил своему дяде, командовавшему полком советских ВВС в Восточной Германии.
- Приезжай, — просто ответил ему дядя. — Что-нибудь придумаем.
(полностью читайте далее)
* * *
ИВАН ИВАНОВ
ДЕТИ ИМПЕРИИ
КИНОРОМАН
Глава I
Москва, 1980 год
Они лежали в широкой родительской постели в светиной квартире, окнами выходящей на Патриаршии пруды. Эту квартиру получил еще дедушка Светланы — четырехзвёздный генерал, член ЦК. Дмитрий нежно гладил разметавшиеся по подушке рыжие волосы. Солнце освещало огромную спальню, и кожа Светы отливала золотом на белоснежных простынях. Только что оба окончили институты. Он — Стран Азии и Африки при МГУ, она — Иняз.
Ее родители уехали на дачу. Ровно через неделю была назначена их свадьба. Впрочем, и мама Светы, и ее отец, карьерный дипломат в ранге посла по особым поручениям, были против этой женитьбы.
- Ты глаза-то открой хорошенько, — выговаривала дочке Нина Петровна, — он ведь ни одной юбки не пропустит, твой разлюбезный Митя. Только и взял, что чёрными кудрями. Ну, любуйся на своего чернобрового, черноокого, а он, тем временем, будет бегать налево и направо. К чему тебе такой муж? Да еще будущий журналист. Замотается по свету, на семью вообще времени не останется. То ли дело его друг, Николай. Вот уж парень положительный, ничего не скажешь. Он и постарше, да и берут его не в какую-нибудь редакцию, а в МИД.
К вечеру Светлана и Дмитрий вышли на улицу. В Москве полным ходом шла Олимпиада. Приезжих в город не пускали, магазины ломились от товаров и продуктов, а по улицам неторопливо и степенно бродили москвичи, слегка ошалевшие от впервые свалившегося на них всемирного праздника.
Молодые брели по прогретым за день кривым улочкам и переулкам московского центра, крепко держась за руки. Дмитрию будущее казалось беззаботным и безоблачным, но Света отчего-то хмурилась. Из открытого окна второго этажа старого кирпичного дома с лепниной, к которому они подходили, донёсся меланхоличный голос Джо Дассена.
- Знаешь, как называется эта мелодия? - спросил Дмитрий, чтобы хоть чем-то отвлечь подругу от невеселых мыслей.
- Думаешь, уже по-французски понимать разучилась? - с иронией отозвалась Света вопросом на вопрос. – «Индейское лето», то есть по-нашему бабье. Кто ж эту песню не знает. Давай чуть постоим. Просто балдею от голоса и, особенно, от соло трубы. Вот сейчас будет. Та-ра-ра-ра-ра-ра-ра…
Света прикрыла глаза и закружилась, будто в вальсе.
- Звуки прямо неземные, - мечтательно прошептала она. - Кажется, так и зовут куда-то в дальние, прекрасные страны.
- Вот и не знаешь, - обрадовался Дмитрий, мотнув густыми кудрями. —
– Это она когда стала песней, превратилась в индейское лето. А до того, когда была еще только мелодией, композитор… Черт, как же его…
(продолжение новеллы читайте под обрезом)
