В дополнение к публикациям Тетрадок о книге И.Иванова "Дети империи" (триллер о русских коммерсантах в Африке в постсоветский период, см. здесь) посмотрите интервью с автором, опубликованное на сайте "Агент Блонд" (Agent Blond). В центре внимания — тонкости работы разведчика и журналиста в Африке, схватка Великих держав, корпораций и спецслужб за природные ресурсы, деньги, власть и влияние на Черном континенте; невероятные приключения, любовь, а также откровения автора о том, как сложилась его удивительная судьба.
В издательстве “У Никитских ворот” вышла в печатной версии книга известного русского африканиста Ивана Иванова “Дети империи” (Тетрадки публиковали рецензию и отрывок из цифровой версии книги здесь). На днях книга была представлена общественности. (видео с презентации здесь)
И.Иванов окончил Институт стран Азии и Африки при МГУ. Работал в редакции Африки ТАСС, потом возглавлял возглавлял редакцию стран Ближнего Востока и Африки международного журнала ТАСС "Эхо планеты”.
Тетрадки публикуют две рецензии на книгу И.Иванова от коллег по ТАССу.
Авантюрный pocketbook для повзрослевших «детей империи», Андрей Шитов
А.Шитов
Создатель «Детей империи» Иван Иванов называет свое произведение «кинороманом». Это точное определение. Лихой боевик, действие которого разворачивается на пространстве от Москвы до Йоханнесбурга, а сюжет по законам жанра сплетается из авантюрных и любовных линий, буквально просится на экран.
Роман невелик по объему и даже, можно сказать, лаконичен (видимо, сказывается профессиональное прошлое автора, одного из лучших новостных репортеров-африканистов тассовской выучки). В сегодняшнем перегруженном информацией мире это само по себе важное достоинство. Но при этом динамичное повествование радует яркими и сочными подробностями – от психологических до страноведческих.
И вообще, конечно, сразу чувствуется, что Африка для Иванова – не просто экзотический фон, а живая терпкая жизнь, пусть и преображенная памятью. Пульс этой далекой жизни автор улавливает даже в шлягере, несущемся из московских окон. Это придает всему повествованию редкий и ценный для триллера ореол достоверности.
Им, кстати, окутаны не только главы, посвященные Черному континенту и его «кровавым алмазам». Читателям старшего поколения приятно будет увидеть на страницах книги и узнаваемые приметы позднесоветского московского быта. Тем, кто в ту пору были студентами, почти гарантирован легкий укол ностальгии. И возможность задуматься над своей жизнью – и над тем, что сбылось, и над тем, что осталось в мечтах.
В целом общее впечатление от «Детей империи» – увлекательность в сочетании с приятной ненавязчивостью. То, что надо для пляжа или самолета.
Автор, кстати, признавался в одном из интервью, что брал за образец классический pocketbook. Не современный электронный гаджет, а старую добрую книжку карманного формата. Она у него и получилась.
Андрей Шитов — журналист ТАСС, 18 лет возглавлял отделение ТАСС в Вашингтоне, сейчас политический обозреватель агентства.
Краски и звуки Африки, Валентин Василец
В.Василец
Иван Иванов назвал свое произведение «Дети империи» кинороманом, выстраивая его именно как основу для переноса на экран в виде зрелищного и драматического повествования. Краски становятся обязательным элементом рассказа, и на смену спокойным тонам московских сцен приходят – по мере развития сюжета и переноса его в тропические края - яркость и экзотичность далекого юга. Уже в первом абзаце есть и «рыжие волосы», и «отливающая золотом кожа», а дальше следуют «черноокий», «чернобровый» и так далее. Потом читателю предстанут «сиреневые шапки цветущих джакаранд», в аравийском заливе «зеленовато-голубая вода становится матово-черной», «Индийский океан голубел и переливался под ярким солнцем».
Автор насыщает осязаемыми колоритными приметами перипетии сюжетной канвы. Читателям и зрителям, жадным до реалий африканской жизни, будет повод заглянуть в словари и узнать, как делаются барабаны опанго, как выглядят африканские асегаи и пальма-рафин, где обитает красный меру. Может быть, вам интересно будет узнать, что «мясо крокодила, нежирное, как курица, и нежное, как рыба». Для разнообразия, чтобы картина была не слишком благостной, познакомьтесь с описанием пыток на африканский манер и инструментами для этих пугающих занятий. А чего только стоит описание «работы» настоящего колдуна!
Надо сказать, что все эти маленькие подробности укрепляют доверие к автору как знатоку той жизни, в которую он забрасывает своих действующих лиц. Очевидно, что роман писал африканист, давно и глубоко изучающий загадочный континент.
Валентин Василец — выпускник факультета журналистики МГУ. Занимал руководящие посты в ТАСС. Работал корреспондентом агентства в Лондоне, при ООН и в Канаде. Многие годы возглавлял еженедельник ТАСС "Эхо планеты”.
"Тетрадки" сегодня публикуют новеллу Ивана Иванова "Дети империи". Автор назвал свое произведение "кинороман". В нем действительно много визуального, драматического. Редакцию привлекли и детали московского пейзажа советских времен, и не очень известные в России особенности недавней африканской истории, хитросплетения политики на черном континенте. Автор, профессиональный африканист, пишет о них с уважением и хорошим знанием дела. События новеллы охватывают сразу несколько стран Африки и Ближнего Востока.
Кроме того, читателю будет интересно познакомиться с тем, как в постсоветское время кое-кто строил прибыльный бизнес на "мирном дивиденде" — на торговле вооружениями, вдруг оказавшимися ненужным.
"Кинороман" опубликован на сайте журнала "Nafaras-2016-Sarafan". Здесь перепечатывается с разрешения автора.
Небольшой отрывок:
* * *
Олег продавал оружие. Ему очень нравилась эта устремившаяся ввысь столица Объединенных Арабских Эмиратов — одной из богатейших нефтяных монархий мира. Даже не верилось, что лет тридцать назад на этом самом месте лежали унылые желто-белые пески, да ютился крохотный городишко, вернее – селение, где самым высоким зданием была двухэтажная английская дипломатическая миссия. Золотой дождь нефтедолларов, пролившийся на Эмираты, не ушел в песок пустыни. Миллиарды не осели на счетах правителей в швейцарских банках, а привели к благосостоянию всех подданных.
Здесь не было проблем связаться ни с одной точкой на карте мира. Лучшего места для штаб-квартиры подобрать трудно. Последняя операция принесла Олегу неплохие деньги. Они позволяли не заботиться о ближайшем будущем, купить престижный пентхаус с видом на залив и начать присматриваться к океанским яхтам.
Удачей для Олега стал конфликт между Эфиопией и Эритреей — двумя соседними африканскими государствами. Недавно еще друзья, теперь они изготовились к схватке за пустынный и дикий приграничный район Бадме. Каждая из стран настаивала на своей юрисдикции над этим крошечным пыльным анклавом. Международные карты только вносили путаницу. На одних Бадме обозначался как эфиопская территория, на других — как эритрейская. Там не было ни золота, ни алмазов, ни нефти, ни эбенового дерева, ни даже воды. Но и Аддис-Абеба, и Асмэра не хотели отступаться, чтобы не потерять лицо. Олег знал, что на Чёрном континенте соображения престижа страны часто ставят на первое место. Грех было этим не воспользоваться.
В тот памятный день раздался звонок из Нью-Йорка. Говорил один из помощников генерального секретаря ООН, которого Олег время от времени баловал то дорогими подарками, то пухлыми конвертами. Накануне Совет безопасности приступил к рассмотрению вопроса об эфиопско-эритрейское границе. Для этого потребовалось собрать чрезвычайное заседание.
- По моим данным, через два дня будет введено эмбарго на поставки оружия в обе страны, — скороговоркой пробормотал знакомый и повесил трубку.
Олег тут же связался с Аддис-Абебой. Двое оставшихся суток он не прилёг ни на минуту. И вот, наконец, один за другим исполинские военно-транспортные самолеты «Руслан» стали взмывать с аэродрома одной из восточно-европейских стран. Танки, артиллерия, боеприпасы, птурсы, системы противоракетной обороны, несмотря ни на что, приземлились в Эфиопии.
Когда стройные, высокорослые амхарские десантники разгружали последний самолет этого блиц-авиамоста, агентство Рейтер передало с пометкой СРОЧНО: «Совет безопасности ООН вводит эмбарго на поставки оружия Эфиопии и Эритреи».
- Всё, успели, — облегчённо выдохнул Олег при виде новости. Он откинулся в кресле, устало снял очки и начал массировать переносицу. В этот момент ребята из его небольшой, сплоченной команды уже откупоривали бутылки с шампанским «Кристалл».
Начинался бизнес в далёкие уже 1980-е. После памятной истории в Москве с арестом за поддельные чеки «Внешпосылторга» его родители, коренные русские люди, выехали из СССР в Израиль по поддельному приглашению. Первая остановка была в Вене. И хотя чиновники из Тель-Авива долго уговаривали мнимых советских евреев перебраться в Иерусалим, те твердо отказались. После нескольких месяцев жизни в пересылочном лагере семья Олега добралась до Парижа. Спасибо отцу. Помогли его давние связи.
Во французской столице Олег открыл маленькое бюро переводов. Работы было немного, но, в общем, хватало и на жизнь, и на вечернюю учебу в Сорбонне.
В конце 80-х на студенческой вечеринке он познакомился с Асфау — сыном эфиопского посла в Париже. Общительный и веселый, Асфау не просто прожигал жизнь, но и умел зарабатывать на свои развлечения. Как-то, сидя с Олегом в кафе на Елисейских полях и громко отвешивая полушутливые замечания в адрес французского кофе, такого некрепкого и невкусного, не выдерживающего ни малейшего сравнения с эфиопским оригиналом, Асфау вдруг сделался серьезным и перешёл почти на шёпот:
- Олег, послушай теперь внимательно. Это важно. Помоги нам, и ты неплохо подзаработаешь. Даю слово. Ты знаешь, что наша армия полностью оснащена советским оружием. Но получилось так, что Горбачев и Шеварднадзе запретили экспорт в нашу страну запчастей к самолетам. Дальше так продолжаться не может, иначе наши истребители перестанут летать. А нашим военно-воздушным необходимо быть в полной боевой готовности. На границах неспокойно.
Асфау вынул из внутреннего кармана куртки сложенные вчетверо листки и передал Олегу. Когда тот, уже вернувшись к себе, развернул их, то увидел, что они представляют собой список авиадеталей. Позиций были сотни.
На следующий день Олег позвонил своему дяде, командовавшему полком советских ВВС в Восточной Германии.
- Приезжай, — просто ответил ему дядя. — Что-нибудь придумаем.
(полностью читайте далее)
* * *
ИВАН ИВАНОВ
ДЕТИ ИМПЕРИИ
КИНОРОМАН
Глава I
Москва, 1980 год
Они лежали в широкой родительской постели в светиной квартире, окнами выходящей на Патриаршии пруды. Эту квартиру получил еще дедушка Светланы — четырехзвёздный генерал, член ЦК. Дмитрий нежно гладил разметавшиеся по подушке рыжие волосы. Солнце освещало огромную спальню, и кожа Светы отливала золотом на белоснежных простынях. Только что оба окончили институты. Он — Стран Азии и Африки при МГУ, она — Иняз.
Ее родители уехали на дачу. Ровно через неделю была назначена их свадьба. Впрочем, и мама Светы, и ее отец, карьерный дипломат в ранге посла по особым поручениям, были против этой женитьбы.
- Ты глаза-то открой хорошенько, — выговаривала дочке Нина Петровна, — он ведь ни одной юбки не пропустит, твой разлюбезный Митя. Только и взял, что чёрными кудрями. Ну, любуйся на своего чернобрового, черноокого, а он, тем временем, будет бегать налево и направо. К чему тебе такой муж? Да еще будущий журналист. Замотается по свету, на семью вообще времени не останется. То ли дело его друг, Николай. Вот уж парень положительный, ничего не скажешь. Он и постарше, да и берут его не в какую-нибудь редакцию, а в МИД.
К вечеру Светлана и Дмитрий вышли на улицу. В Москве полным ходом шла Олимпиада. Приезжих в город не пускали, магазины ломились от товаров и продуктов, а по улицам неторопливо и степенно бродили москвичи, слегка ошалевшие от впервые свалившегося на них всемирного праздника.
Молодые брели по прогретым за день кривым улочкам и переулкам московского центра, крепко держась за руки. Дмитрию будущее казалось беззаботным и безоблачным, но Света отчего-то хмурилась. Из открытого окна второго этажа старого кирпичного дома с лепниной, к которому они подходили, донёсся меланхоличный голос Джо Дассена.
- Знаешь, как называется эта мелодия? - спросил Дмитрий, чтобы хоть чем-то отвлечь подругу от невеселых мыслей.
- Думаешь, уже по-французски понимать разучилась? - с иронией отозвалась Света вопросом на вопрос. – «Индейское лето», то есть по-нашему бабье. Кто ж эту песню не знает. Давай чуть постоим. Просто балдею от голоса и, особенно, от соло трубы. Вот сейчас будет. Та-ра-ра-ра-ра-ра-ра…
Света прикрыла глаза и закружилась, будто в вальсе.
- Звуки прямо неземные, - мечтательно прошептала она. - Кажется, так и зовут куда-то в дальние, прекрасные страны.
- Вот и не знаешь, - обрадовался Дмитрий, мотнув густыми кудрями. —
– Это она когда стала песней, превратилась в индейское лето. А до того, когда была еще только мелодией, композитор… Черт, как же его…
