 |
| Марк Карни |
В английском истеблишменте с оживлением, с заметным даже радостным возбуждением обсуждают назначение нового управляющего Банком Англии.
Главой центрального банка Великобритании станет с будущего года Марк Карни, в течение последних пяти лет руководивший центральным банком Канады. Он также входит в руководство ряда влиятельных международных финансовых организаций, является председателем базельского Financial Stability Board (FSB) и членом совета директоров Bank of International Settlements (BIS).
Радость, на первый взгляд, оправданная. Во главе английского ЦБ встанет человек, за которым держится репутация удачливого менеджера и “лучшего в мире центрального банкира”. С его деятельностью связывают относительно малый ущерб канадской финансовой системе во время кризиса - властям не пришлось спасать банки за счет налогоплательщиков. Это главным образом произошло благодаря правилам, препятствовавшим слишком рискованным операциям, и предписывающим банкам Канады держать высокий процент надежных финансовых активов и не увлекаться сулящими высокую прибыль, но рискованными вложениями. Канада быстрей других стран G-7 оправляется от последствий кризиса.
Циники, с другой стороны, спрашивают, почему Карни пришлось, как сообщается, несколько месяцев уговаривать согласиться на новый пост. Поначалу он отказался от предложения. Почему он согласился отработать лишь пять лет вместо принятых восьми? И почему ему обещаны вдвое большая зарплата, чем нынешнему управляющему? Может, кроме него, вообще никто не хотел в нынешних условиях браться за эту работу? Хотя официально на место управляющего было пять кандидатов.
И все же у многих из тех, кто ближе знаком как с послужным списком Карни, так и с хитростями британской бюрократической системы, назначение канадского вундер-менеджера вызывает настороженность.
Директор исследовательского центра Prime (Policy Research in Macroeconomics) Энн Петтифор предупреждает: “Он собирается укрепить, а не трансформировать существующую глобальную банковскую систему”. Петтифор, прославившаяся тем, что еще в 2003 году точно предсказала и описала грядущий кредитно-финансовый кризис, анализирует больше взгляды Карни, а не его репутацию.
С моей точки зрения, говорит она, британской экономике нужен банковский сектор, который выступает слугой, а не хозяином экономики. Карни, судя по его высказываниям, не считает системной угрозу экономике, исходящую от банков, а хочет лишь подправить существующие правила.
Карни говорит о своей озабоченности низкими ставками кредитования, продолжает Петтифор. Если так, то я серьезно опасаюсь за британские фирмы, которым придется больше платить за кредит. Бизнесу нужно большее предложение доступного кредита, объясняет директор Prime. Когда Карни говорит о том, что проблема не в отсутствии предложения кредита, а в отсутствии спроса на него, у меня это вызывает беспокойство, потому что он, по сути, не понимает проблемы, стоящие перед экономикой Великобритании и всего мира.
Эту мысль поддерживает избранная генеральным секретарем Британского конгресса тред-юнионов Франсес О’Грейди. Британские компании сидят на прибылях, составляющих в общей сложности 750 миллиардов фунтов (37,324 триллиона рублей)—сумма, равная половине ВВП, и не пускают их на увеличение зарплат или создание новых рабочих мест, говорит она. Карни нужно будет творчески подойти к финансовой политике. Существуют, например, аргументы в пользу устранения “посредника” (банков) и создания механизма для прямого кредитования малого и среднего бизнеса. Это, возможно, дешевле обойдется, чем проводить деньги через банки, которые уже показали, что неспособны справится с такой задачей, говорит О’Грейди.
На родине Карни, в Канаде, уже 65 лет успешно действует подобный институт, помогающий малым и средним компаниям, указывает представитель Британских торговых палат (British Chambers of Commerce) Адам Маршалл. Этот механизм сыграл ключевую роль для развития многих канадских фирм. При том, что Банку Англии предстоит взять на себя функции контролера финансовых институтов, управляющему стоило бы подумать, чтобы Банк помогал фирмам, действующим в реальной экономике, а не одному лишь Сити, говорит он.
Оппозиционные лейбористы поддержали кандидатуру Марка Карни. Возможно, им импонирует существующие мнение о том, что Карни, несмотря на годы, проведенные внутри банковской системы, сохранил интеллектуальную и эмоциональную отстраненность от нравов современных банкиров. Известно его высказывание о том, что оккупайцы Уолл-стрита и Сити “демократически выражали свои взгляды” и вели себя “в полной мере конструктивно”. Впрочем, комментаторы, критично настроенные в отношении лейбористов, отмечают, что оппозиции отчаянно нужно доверие крупных финансистов. А у главного идеолога партии по финансово-экономическим вопросам, теневого министра финансов Эда Боллса еще и устоявшаяся репутация противника серьезного регулирования финансового сектора.
Энтузиазм правящих консерваторов еще более понятен. Марк Карни принесет на новую должность не только опыт успешного управления центральным банком страны, справившейся с кризисом, но и повадки частного банковского сектора. Он тринадцать лет работал в Goldman Sachs, что является лучшим “аттестатом зрелости” для любого банкира. Правящие круги, при всей радикальной риторике, тревожит дискредитация ведущих британских банков. Финансовый сектор Англии дает 10 процент ВВП, больше чем в любой другой развитой стране Запада. Лондонский Сити—крупнейший мировой финансовый центр. По-видимому, с Карни связывают надежды на восстановление его репутации.
Нынешний глава Банка Англии Мервин Кинг наделал себе много врагов остро-критичными высказываниями в адрес крупнейших банков, утративших, по его мнению, связь с реальностями повседневной экономики. Как отмечает старший экономический советник PricewaterhouseCoopers (PwC) Эндрю Сентанс, “более общая проблема для Банка Англии—способность работать с финансовым сектором в восстановлении общественного доверия”. Сентанс, бывший членом Комитета по денежно-кредитной политике Банка Англии, прямо говорит: “Некоторые заявления нынешнего управляющего носили конфронтационный характер”.
Когда Карни примет дела в июне будущего года, у управляющего Банком будет больше полномочий, чем сейчас. Одна из главных перемен связана с упразднением независимого регулятора Financial Services Authority. Функции регулирования перейдут к Банку Англии. Для большей эффективности.
Однако, как говорят опытные бюрократы, чем больше полномочий, тем меньше их исполнение, чем больше организация, тем она менее эффективна. Большой зверь всегда неповоротливей.
на мультимедийном портале BFM.ru
(Тексты на BFM.ru и в "Тетрадках" могут отличаться).
Фото: Jolanda Flubacher, отсюда.
.jpg){kind=link}
