Убийство Хаджи-Касема и война на Ближнем Востоке.

В Багдаде сегодня рано утром убит иранский генерал Касем Сулеймани, глава Корпуса стражей исламской революции и фактически второй человек в Иране. Автомобиль Сулеймани подвергся обстрелу американским дроном. Нападение было санкционировано президентом США Трампом. По заявлению Белого дома, выполнена "решающая оборонительная акция".

Касем Сулеймани
фото 2019 г., источник

По первым комментариям, это  событие может рассматриваться как "декларация войны" США против Ирана. В любом случае, это крайне опасная эскалация конфликта на Ближнем Востоке, впрямую касающаяся и России. 

Сулеймани (среди сторонников у него уважительное прозвище Хадж-Касем) направлялся в Багдад явно в связи с продолжительной осадой американского посольства проиранскими группировками. Не вполне ясно для чего, чтобы дальше продолжать действия против американского военного присутствия в Ираке или наоборот, чтобы сдержать дальнейшую эскалацию конфликта. Извне не всегда и не всем видно, но после падения режима Саддама и особенно в результате продолжительной войны с Даеш (ИГИЛ) Ирак оказался полем прямого соперничества между США и Ираном. И чем дальше, тем больше положение складывается не в пользу США. Вплоть до предложений правительства Ирака о выводе всех еще оставшихся американских войск из страны.

Сулеймани считается главным архитектором иранской военно-политической экспансии в регионе, включая и союз с Россией. В результате страна превратилась в региональную сверхдержаву. Одних это устраивает, у других вызывает крайнюю тревогу, в частности в определенных кругах США, в Саудовской Аравии и в Израиле. В США Сулеймани включен в официальный список террористов. Он также в санкционном списке Европейского союза.

Сулеймани был также командиром иранского спецназа Кудс (Quds) оценочной численностью от 10 до 20 тыс. элитных бойцов. Кудс поддерживал вооруженную оппозицию в Афганистане против просоветского правительства в 80-е, потом группировки, сражавшиеся против режима талибов, а еще позже — поддерживал уже талибов, воевавших против проамериканского правительства. В Ираке иранский Кудс поддерживал курдов в борьбе с режимом Саддама, а позже — в борьбе против Даеш (ИГИЛ, о которой по российским правилам следует добавлять "запрещена на территории РФ"). По некоторым сведениям, боевики Кудс воевали в Боснии на стороне тамошних мусульман против сербов. В войне с Даеш бойцы Сулеймани сыграли ключевую роль в ряде важнейших сражений. Сам он был, по некоторым сообщениям, серьезно ранен. В Иране эти сообщения опровергли.  

Для нас особенно важно, что генерал Сулеймани был доверенным лицом российских военных. По сообщениям, именно Хаджи-Касем привел Россию в Сирию — убедил Москву в возможности успешной военной операции там с целью поддержки режима Асада и разгрома Даеш (ИГИЛ). Причем начал убеждать в этом еще в 2013-м году, до украинских событий. В течение 2015-2016 гг. он четыре раза побывал в Москве для переговоров.

Кроме того, именно Сулеймани руководил операцией спецназа, спасшего русского пилота СУ-24 К.Мурахтина, сбитого турками в районе сирийско-турецкой границы в ноябре 2015 года. Сулеймани вошел в контакт с российским командованием и предложил использовать для освобождения летчика его спецназ, находившийся вблизи места приземления русского офицера на территории Турции. В группу захвата входили 8 бойцов Хезболлы и 18 сирийцев из проиранской группировки. При космической и воздушной поддержке российских сил группа проникла на 6 км "за линию противника" (то есть, видимо, на территорию Турции) и с боем освободила летчика, позднее вернувшегося на российскую базу в Сирии (по сообщениям АФП, "Таймс оф Израел", иранского агентства Fars и персидской службы "Спутника).

До сих пор конфликт США с Ираном оставался все-таки в рамках прокси-войны - войны чужими руками. Даже несмотря на то, что за последние два месяца в Ираке произошло 11 серьезных нападений на американских военных и гражданских лиц. Накануне нового года началась переброска дополнительных ударных сил в регион. Сейчас там находится до 14 тысяч военных США — ударные силы армии, морской пехоты, флота и авиации.

Насколько в Вашингтоне учитывали роль Сулеймани в треугольнике Россия-Иран-Турция, неясно. Ясно, что удар по Ирану — это одновременно и удар по России. Дальнейшая эскалация конфликта поставит Россию в опасную близость к военному противостоянию с США.

©А.Аничкин/Тетрадки.
Подписывайтесь на наше издание, достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы слева.
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Даиш.

Тетрадки писали о переходе с термина ИГИЛ на Даеш (Даиш или Даэш) и об ассоциациях, которые оно вызывает у арабов. Сейчас сообщают, что и в России это арабская аббревиатура начинает входить в оборот.

Профессор, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН Леонид Сюкияйнен  (википедия о нем) поясняет: "Многие считают: если называть это образование «Исламским государством» — надо все время говорить "так называемое" или в кавычках. Потому что, ну, вроде бы исламским государством не является. [...] Оно прижилось в арабском языке и перешло потом на Запад, стали вот использовать такую аббревиатуру ДАИШ. Но только я хотел бы вам сказать, что делать надо ударение не на "и", а на "а". (из сообщения BFM.ru)

Сирия: Британия “вступила” в войну.

Дебаты. Хилари Бенн,
на заднем плане Джереми Корбин.
(скриншот, видео в конце заметки)

Англия сегодня ночью (2/3 декабря), нанесла первые бомбовые удары по нефтяной инфраструктуре Даеш/ИГИЛ на востоке Сирии. Это произошло буквально через несколько часов после голосования в парламенте. Депутаты дали правительству мандат на удары внутри сирийской территории. Что это меняет?

Но сначала немного подробностей. Удар произведен сразу после голосования в британском парламенте по просьбе Дэвида Кэмерона одобрить расширение военных операций и на Сирию. Четыре британских Tornado, каждый с тремя бомбами Paveway высокоточного наведения, вылетели двумя авиазвеньями с авиабазы на Кипре и вернулись через три часа без бомб. 

Накануне весь день, с утра вплоть до голосования поздно вечером проходили дебаты о предложении правительства. В итоге в поддержку правительства проголосовало 397 депутатов, включая часть лейбористской оппозиции и либерал-демократов. Против голосовал лидер оппозиции Джереми Корбин, но за высказался его “теневой” министр иностранных дел Хилари Бенн. Всего против было 223 голосов, большинство лейбористов, небольшое число консерваторов, а также шотландские националисты всей фракцией, валлийцы и зеленые.

Два года назад парламент проголосовал против ударов на территории Сирии. Вслед за Англией от военного вмешательства в Сирии на время воздержались и США. Сегодня обстановка изменилась. Угроза (запрещенной на территории РФ) террористической организации Даеш/ИГИЛ видится главной. ООН проголосовала в поддержку решительных действий против Даеш/ИГИЛ. В Сирии действует российская воинская группировка, объективно по ту же сторону конфликта, что и страны западной коалиции. 

Читайте также в Тетрадках "Сирийский кризис и очередные задачи демократий" (2013 г.)

Этот российский фактор, поначалу воспринятый на Западе с настороженностью, даже с критикой, сейчас считается важнейшим. Нанести военное поражение — это одно, другое, важнейшее и более сложное — это долгосрочное политическое урегулирование, считает Патрисия Льюис, директор исследований по международной безопасности влиятельного британского центра Chatham House. “Россия, Россия и Россия”, подчеркивает она, указывая на необходимость координации долгосрочных усилий по урегулированию в Сирии. 

В Лондоне отметили, что Кремль приветствовал британское решение. Министр обороны Англии Майкл Фаллон отметил, что, по его мнению, российская сторона, по-прежнему не видя переходного решения без Асада, начинает просматривать перспективы Сирии и без него. Британский министр иностранных дел Филип Хэммонд подчеркнул совпадение “промежуточного интереса” западной коалиции с Россией. По его изысканному дипломатическому выражению, с Москвой образовалось “transactional relationship”. Что означают эти “транзакциональные отношения”, понятно. Нужна координация, взаимные усилия, обмен мнениями, информацией и, наконец, компромиссы. Несмотря на общий неблагоприятный фон отношений последних полутора лет.

Пятая колонна Кэмерона

Большинство в парламенте могло бы быть и большим. Но накануне дебатов премьер-министр Дэвид Кэмерон сделал оскорбившее многих замечание. Он назвал “кучкой сочувствующих террористам”  — “terrorist sympathisers” тех, кто выступает против бомбардировок на территории Сирии. 

Британская “пятая колонна”? Противники военной эскалации отвечают: можно быть против, но оставаться и патриотом, и противником терроризма. В Лондоне прошел марш протеста против бомбежек. Пикеты протестующих заполнили Парламентскую площадь, блокировали проезжую часть. 

Лидер лейбористов Корбин, другие депутаты во время дебатов требовали от премьера отозвать свое замечание. Кэмерон отказался. Сам Корбин выступил против, но разрешил своим депутатам голосовать по совести, как сами считают правильным. 

А что потом?

В британских дебатах задают те вопросы, которые, собственно, возникают везде, включая и Россию. Только обсуждают их с разной интенсивностью. Бомбы бомбами, а есть ли все-таки стратегия на потом? Политическое урегулирование? Можно ли выиграть войну с Даеш с воздуха? Где те, сирийские сухопутные силы, поддержку которых все ждут? Есть ли они? Или это фактически союз с Асадом? При всей высокоточности современного оружия, насколько вероятны жертвы гражданского населения? И наконец, не увеличит ли вмешательство угрозу терроризма дома? И как выиграть битву за сердца и головы, не дать Даеш рекрутировать новых сторонников?

Кроме этого, у многих, наверное, возникает ещё недоуменный вопрос: минуточку, а как это, что, до сих пор британцы разве не бомбили в Сирии? В фильме Бондарчука “9 рота” один советский боец перед отправкой в Афганистан спрашивает офицера-востоковеда: “А не все равно, кого мочить?” Оказалось, не все равно. Также и в Сирии. По разным оценкам, кроме проасадовских сил, включая правительственную 80-тысячную армию, там действует более десяти вооруженных объединений разных политических, религиозных и этнических оттенков, не менее 80 групп и группировок. Как говорится, Восток — дело тонкое, и, не разобравшись, легко попасть впросак.

Во всяком случае в коалиции из сорока стран, участвующих в операциях, не все бомбят по территории Сирии. По разным причинам, но не в последнюю очередь, потому что не ясно, кто, где и за кого. 

По данным американского Central Command (CENTCOM), основного штаба операций западной коалиции, на середину ноября коалиция нанесла 5432 удара на территории Ирака, 2857 — в Сирии. Если посмотреть по отдельности, то картина получается контрастная. США нанесли 3768 ударов в Ираке и 2703 в Сирии. Остальные участники коалиции в Ираке бомбили 1664 раза, а в Сирии — 154. Как заметил один известный российский арабист, бомбят, но лениво. 

В Сирии кроме Англии, до сих пор не бомбили Нидерланды (по числу бомбовылетов третья страна после США и Франции), Бельгия и Дания. После голосования ситуация должна измениться. Сейчас у Англии в районе действует восемь самолетов, столько же, сколько у Голландии. По последним данным, уже после голосования туда перебрасывается еще восемь “Торнадо” и “Тайфунов”. Тем, кто, посмеиваясь, указывает, что это похоже лишь на символическое участие, в Лондоне возражают: не число, а качество. В западной коалиции эти силы составляют треть способных наносить “прецизиозные”, высокоточные удары. Плюс четверть беспилотной авиации коалиции тоже британская.

Да, конечно, “вступление” Британии в войну в Сирии имеет оттенок символики. Но, как здесь подчеркивают, это еще и выполнение некоего морального долга перед другими партнерами по западной коалиции. Так же, как и шаг, который должен дать новый импульс переговорам по Сирии в “венском формате”.

Поможет ли это положить конец затяжному конфликту в Сирии, сказать пока трудно.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе"http://www.bfm.ru/news?author=15028 на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.

Речь теневого мнистра иностранных дел Хилари Бенна (в нарушение обычных правил в Палате Общин в конце — аплодисменты) -

Операция “эскарго”: Франция, остановись!

Трагические события под Греноблем в пятницу, главный день мусульманских молитв, а затем и теракты в Тунисе и Кувейте, потеснили в новостях другой острый конфликт — бурные протесты, практически беспорядки французских таксистов. Между ними нет очевидной связи. 

Подробности происшествия в городке Сен-Кантан-Фаллавье на полпути между Лионом и Греноблем еще только поступают. Известно пока, что зверски убит один человек, по сообщениям, это руководитель предприятия Air Products, один ранен. Назван главный подозреваемый — Яссин Сали. На отсеченной голове погибшего обнаружены надписи на арабском. Сообщают, что Сали находился под наблюдением французских спецслужб. В обстоятельствах теракта видны черты, сходные с акциями исламистской группировки “даеш” (известной также как “исламское государство”). Еще одно привлекло внимание в первых сообщениях: газообрабатывающая фабрика в Сен-Кантане принадлежит американской компании. Возможно, это знали и учитывали те, кто пытался ее взорвать.

И еще одно, это уже предположение. Лион и окружающий регион — это один из центров концентрации французских мусульман. Причем, как я понял, когда некоторое время назад разбирался с исламом в стране, именно там действуют группы, условно скажем, прогрессивных мусульман, ставящих под вопрос те существующие догмы и традиции, которые мешают интеграции и, опять же скажем условно, мирному сосуществованию людей разных религий. Так что, выбор места теракта может объясняться и попыткой нанести удар по такому "реформистскому" движению, или пусть даже просто брожению, внутри самих мусульман. Пресечь в корне, чтоб даже мысли такой не возникало, развернуть назад. Повторяю, это только предположение... (Читайте подробнее об этом в моей статье "Европейское лицо умеренного ислама" в "НГ-Религии", январь 2013 г.)

До пятничных событий все здесь бурлило в связи с “забастовкой” таксистов, прежде всего в Париже. На Périphérique, столичной кольцевой дороге, таксисты устраивали “operation escargot” — съезжались в колонну, сбрасывали скорость до улитки-эскарго и устраивали пробки на много километров. Пока не вмешивалась полиция. В других местах видели, как таксисты бросали с мостов над Перифериком камни, мусорные баки и деревянные панели. Перевертывали машины, жгли покрышки как на Майдане. Парижский омон вмешался, чтобы остановить конвой таксистов, направлявшийся к площади Этуаль — центральной парижской развязке со знаменитой Триумфальной аркой.

В парижском аэропорту таксисты напали на машину с известной певицей Кортни Лав, разбив ломиками окна и исколошматив корпус. Кортни, судя по сообщениям взяла нелегальное такси через службу (мобильное приложение) Uber, В другом месте таксисты жестко избили молодого человека. Он попытался сесть в такси, водитель отказался, сказал “а мы бастуем”. “Ну бастуй, бастуй, а я поеду на Юбере!”, — бросил парнишка. И поплатился разбитой вдребезги “мордой лица”. Пролежал в больнице двадцать дней, лицевые нервы еще не восстановились... Такая вот забастовочная обыденность!

Что это за “Юбер”, из-за которого такая ярость у таксистов? О нем многие слышали, конечно. Еще несколько слов. Uber — это американская “мягкая” транспортная компания. Мягкая в том смысле, что оперирует через интернет и смартфоны. Как и многое завтрашнее, возник он в Сан-Франциско, Калифорния. Соединить через интернет-приложение водителей-леваков и пассажиров, ищущих, кто бы подбросил быстренько куда надо, придумали Тревис Каланик и Гарретт Кемп. Запрос — через интернет, оплата — тоже. Сейчас Uber действует в 58 странах и, по оценкам, его доходы к концу этого года составят 19 млрд.долларов.

Казалось бы, замечательно! Не прыгать на ветру под холодным дождем, дожидаясь, пока покажется зеленый огонек, а постучать пару раз в айфон — и катись. Но очень быстро возникли вопросы: а правила, страховки, лицензии? А тарифы? А безопасность? А годы, потраченные профессиональными таксистами на изучение своих мест? Где справедливость?

С “Юбером” или борются, или пытаются ограничить или вовсе запретить во многих странах Европы. Во Франции использование UberPop запрещено с января этого года под угрозой штрафа в 15 тысяч евро и лишения водительских прав. Но пользоваться продолжают — слишком уж привлекательно. Сам Uber утверждает, что во Франции у него 400 тысяч пользователей и что шоферам альтернативного такси предписано в обязательном порядке зарегистрироваться в качестве auto-entrepreneur (малый бизнес, вроде кустаря-одиночки с мотором). Это если доходы превысят 7,5 тысяч евро в год. 

Таксисты утверждают, что Uber незаконно отбирает у них хлеб, что таксисты-юберовцы ездят без страховки, без профессиональной подготовки, не платят социальные взносы, — то есть подрывают все то, на чем держится современная социально-экономическая модель Франции. Но может, ее и нужно подорвать, если она сковывает, замедляет экономику до улиточных темпов? 

О необходимости радикальных реформ в стране говорят давно. “Эскарго” таксистов — это только один из примеров особенностей французской модели, которая приводит в отчаяние реформаторов, но вызывает стойкую поддержку у многих.  

По поводу забастовки с ее эксцессами много и яростно спорят. Одни говорят, смотрите — вот он, звериный оскал французского социализма. Кортни Лав заметила, “да в Багдаде я бы чувствовала себя безопаснее!” Другие также страстно доказывают: право на забастовки, отстаивание своих интересов — важнейшее завоевание трудящихся, его ни за что нельзя отдавать. 

Что таксисты в нынешнем споре выиграют, несомненно. Это организованная, мощная сила, которой в коридорах власти просто боятся. Саркози, обещавший реформировать экономику страны на либеральный лад, в 2008 году попытался дерегулировать парижские такси (ими монопольно заправляют две компании), его попытка бесславно и быстро провалилась.

Спорил на днях с одним умным собеседником, скорее левых убеждений, чем правых. Он сказал одну умную вещь: раньше-то рабочие добивались перемен, а сейчас — чтоб перемен не было. 

Я только было обиделся на эту “умную вещь”, а потом задумался, есть ли все-таки неочевидная связь между улиткой исламистов и улиткой таксистов. Или нет?

Эта запись опубликована также в моей колонке "Как в Европе" (26 июня 2015) на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.

Даеш, Исламское государство.

Детали информационной войны 

Восток дело тонкое!
На фото Андрея Бутко
памятник красноармейцу Сухову в Донецке.

Французское правительство решило официально отказаться от использования терминов “Исламское государство” (ИГ) или “Исламское государство Ирака и Леванта” (ИГИЛ). Министр иностранных дел Лоран Фабиус попросил и прессу страны перестать называть так террористическую организацию джихадистского толка, захватившую обширные территории в Ираке и Сирии. Вместо этих терминов Париж предлагает использовать другой — “Даеш”, с ударением на е. Это та же самая аббревиатура, только по арабским словам.

США уже нанесли авиаудары по позициям боевиков и активно организуют международную коалицию с участием западных и арабских стран, чтобы остановить дальнейшее продвижение этой группировки. События последней недели — зверская расправа с английскими и французскими пленниками — резко изменили общественное мнение в Европе. Франция готовится присоединиться к коалиции. Британский парламент в пятницу проголосовал в поддержку участия Англии в ударах по позициям боевиков, пока только в Ираке. Боевые самолеты “Торнадо” уже стоят наготове, на базу на Кипре доставлены ракеты и бомбы с лазерным наведением.

Новый дипломатический расклад, вызванный событиями, может оказаться благоприятным для России — она оказывается по одну сторону с Западом в конфликте в Сирии и Ираке. Неслучайны разговоры об изменении характера санкций и усиленные поиски урегулирования в украинском кризисе.

И вот об этой детали с названием. С тем, как кого называть. Понятно, что есть разница между террористами и ополченцами, аннексией и воссоединением. Почему Даеш?

В Великобритании, США и в российской прессе по-прежнему используется “Исламское государство”, аббревиатуры ИГ и ИГИЛ. Во Франции кто-то уже переключился, некоторые еще по старинке именуют. Между тем, в этой фразе — исламское государство — уже содержится нечто привлекательное для радикально настроенных молодых людей с мешаниной в головах, мало имеющей общего с признанной мировой религией. Как же, постоим за веру против угнетателей.

Поначалу арабская аббревиатура полного наименования Dawlat al-Islāmiyya fī al-Irāq wa s-Shām была просто аббревиатурой. Давлат — это нация или государство. Ирак произносится с Е, а шаам означает "Великая Сирия" или Левант (средиземноморский Восток). 

Но очень быстро этот акроним приобрел ругательное звучание. Слово даеш, как мне объяснили, на слух араба вызывает сугубо негативные ассоциации. Одно похожее по звучанию слово означает “раздавливающий что-то ногой”. Другое напоминает об известном арабам легендарном эпизоде из истории междоусобных войн между племенами — о ссоре из-за жеребца Дахиса и кобылы Габры, вызвавшей сорокалетнюю войну. 

Название “Даеш” и стали использовать на Ближнем Востоке противники ИГ.  

Западную общественность поразило, что среди джихадистов Даеш оказались сотни, если не тысячи людей, родившихся и выросших на Западе. В одном из чудовищных видеороликов расправы над американским заложником даешевец говорил с чисто британским акцентом. По оценкам координатора ЕС по борьбе с терроризмом Жиля де Кершова, в Сирии и Ираке в отрядах Даеш находится свыше 3 тысяч европейцев. Из Казахстана сообщают, что и из этой республики воевать на стороне  террористов прибыло несколько сот молодых людей.

Как с этим быть? Помимо военных ударов, разведки, помощи арабским странам, перекрытия источников финансирования Даеш, — помимо всего этого, есть еще и информационная война. Включая выбор слов. 

Предлагаю следовать за французскими коллегами.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.