Почему в Европе такой размах протестов?

#BLM в Европе
Читайте сегодня в Огоньке/Коммерсанте мою статью о протестах в Европе, в частности про "ленинопад" по-английски

Отрывки:

*** 

Первое очевидное объяснение — европейцы выражают солидарность с протестующими американцами. Даже колени преклоняют — take a knee, как придумали американцы, в знак протеста. Поднимать сжатый кулак в воздух сейчас вышло из моды, вроде насилием попахивает, а мы мол мирные протестующие — стоим, преклонив колено.

Это на первый взгляд. Но дело не только в шоке от жесткости американской полиции в отношении безоружного, не оказывавшего сопротивления афроамериканца, пусть и не без криминального прошлого. (Об этом не устают напоминать некоторые, словно это как-то оправдывает полицию.) Есть еще не сразу понятный мотив. Европейская солидарность с протестующей Америкой — это еще и протест против Америки Трампа, с его день за днем поражающими наскоками на все «порядочное, доброе, объединяющее» людей. Борьба против расизма и за права и достоинство женщин — из этого ряда.

Есть и еще одно толкование: многие говорят о связи между эпидемией коронавируса и размахом протестов. Это тоже не так просто утрясти в голове. В английском языке есть такое выражение stir-crazy (оно пришло из Америки). Имеется в виду состояние тревожной взбудораженности, даже психологической неуравновешенности, готовности взорваться по малейшему поводу. После долгих недель массового карантина по всей Европе и притом что эпидемия ковида еще толком и не отступила, это может быть фактором.

***

В Йоркшире, на севере Англии, есть популярная видеоблогер Лора Таулер, дама довольно правых взглядов, с расистской подоплекой. На днях она привлекла внимание сотен тысяч англичан стычкой с британскими чайными гигантами — Yorkshire Tea, самый популярный в Англии, и PG Tips, третий по популярности. Лора решила поздравить «Йоркширский чай» в своем блоге за то, что он не поддерживает движение Black Lives Matter.

«Йоркширский чай», у которого свои сетевики сидят в разных Twitter, заметил эту «похвалу», и вскоре ответил прямо Лоре: «Не покупайте больше наш чай, пожалуйста. Мы еще не все понимаем, стараемся изучить вопрос. Но мы против расизма». И не только добавили хештег #blacklivesmatter, но и запустили еще свой — #solidaritea, что по-английски произносится как solidarity, но включает слово чай, получается «чай солидарности».
***
Споры о памятниках могут показаться чем-то второстепенным, даже ненужным. Но они отражают напряженный пульс общественной жизни — как оценивать свое прошлое? Как быть с «исторической виной» и чем ее искуплять. И нужно ли?

Это и нам близко. Вспомним хотя бы стелу в Александровском саду Москвы. Была поставлена в честь 300-летия Романовых, потом по ленинскому плану монументальной пропаганды Романовых стерли, написали имена великих революционеров. Сейчас революционеров стерли, снова написали Романовых. И как тут быть, что думать? Получается, что памятники все же не оставляют равнодушными.

***

В конце концов и Джордж Вашингтон был рабовладельцем, 200 душ имел. У Джефферсона и того больше было — 600 рабов. У Джефферсона! Того самого, который в Декларации независимости писал о равенстве людей и праве на стремление к счастью как о «самоочевидных истинах»… Кому еще грозят борцы со статуями?

***

...и в Оксфорде прошла мирная манифестация против расизма, а в фокусе дискуссий о свержении памятников — фигура Сесила Родса на здании одного из колледжей. Кто постарше, помнит из школьных учебников истории имя Родса, главного британского империалиста-колонизатора, покорившего пол-Африки. По его имени назывались две Родезии, Северная (сейчас Замбия) и Южная (теперь Зимбабве). Родса еще Ленин ругал. Родс учился в Оксфордском университете и всю жизнь поддерживал связи с альма-матер, а когда умер в 1902 году, в наследстве оставил крупную сумму на «стипендию Родса» — для студентов из развивающихся стран Африки и других колоний.

В ЮАР, где Родс владел алмазными копями, в 2015 году добились — из Кейптаунского университета убрали ему памятник. В Оксфорде, однако, решили оставить, тем более что фонд Родса угрожал прекратить финансирование стипендий. Но это было несколько лет назад. Сейчас вновь требуют, в том числе и стипендиаты Родса. Канцлер университета Крис Паттен возражает: но это же лицемерие! Пусть не самый хороший человек, но ведь еще больше ста лет назад оставил деньги, на которые до сих пор африканские студенты учатся, до ста человек в год. И потом, напомнил Паттен, даже Нельсон Мандела не возражал против посмертного сотрудничества с расистом Родсом, организовал фонд Мандела — Родс для содействия развитию Африки!

Полностью читайте в Огоньке или на сайте Коммерсант/Огонек 

В этом видео Channel 4 News (на сегодня более 4 миллионов просмотров) черный парень Патрик Хатчинсон рассказывает, как он вытащил из толпы раненного, упавшего белого. Взвалил на плечо и потащил, потом приехала скорая. Эбони энд айвори —



©А.Аничкин/Тетрадки. 
Подписывайтесь на наше издание — достаточно вписать адрес мейла в окошке подписки наверху страницы слева. 
Приглашаем поддержать "Тетрадки" материально через PayPal (см.кнопку вверху справа). Всего сто рублей/1,5 евро/50 гривен серьезно помогут продолжать выпуск "Тетрадок"!

Ходорковский. Чьё это поражение?

Ходорковский после освобождения

Какая-то нелепость полезла насчет Ходорковского. Я уже написал о поразительно бессовестных, просто пошлых замечаниях Владимира Познера. Никакой он не герой, к тому же еще и еврей, а в народе это не самое лучшее. (Так и говорилось, смотрите полностью, с контекстом, на личном сайте pozneronline.ru).

И еще: "Почему он герой, я никак понять не могу. Для меня Нельсон Мандела – да – герой, а Ходорковский не герой".

Насчет героизма — другой разговор. Но вот что вспомнилось. Я был в Южной Африке вскоре после освобождения Манделы, но до падения режима апартеида. В мире праздновали победу кампании Free Nelson Mandela.Встречался тогда и с представителями АНК, и с министрами белого правительства. Белые южноафриканцы говорили мне тогда, как бы доверительно, слегка округлив глаза, вроде раскрывая неизвестное: "А вы знаете, что Мандела никакой не герой, не демократ? Он же был главой военной организации АНК!"

Сейчас еще проправительственные комментаторы заговорили о том, какой блестящий пропагандистский маневр сделан. Прямо “турецкий гамбит” — перед Рождеством, переключили внимание мировой прессы, выбили знамя из рук оппозиционных критиков. 

Какое недомыслие! 

Внимание, конечно, переключили. Освобождение — первая новость во всем мире, фокус комментариев, связывают с сочинской олимпиадой и нарастающим бойкотом мировых лидеров, в ответ, между прочим на кампанию общественности.

Должно быть ясно ведь, что это не master stroke — мастерский ход, а признание поражения, отступление, уступка. Причем признание запоздалое.

Признание поражения — потому что этого нельзя было не сделать. Это нужно было сделать давно, а лучше вообще не начинать. К освобождению Ходорковского плюс еще и освобождение Толоконниковой и Алехиной из Pussy Riot и Гринписовской тридцатки. Тоже поражение, отход, признание — не так сделали, да и делать не должны были. Что бы ни говорили официальные пресс-службы и ориентирующиеся на них комментаторы, а это — так.

Во-вторых, внимание, конечно, переключили. Но освобождение Ходорковского еще раз напомнит всем о характере нынешнего режима в России и заставит проанализировать его истоки и посмотреть на его будущее. Что уже происходит. Напомнит о Платоне Лебедеве, о “болотном” процессе, о коррупции, трудном инвестиционном климате и о гражданских правах. 

Агитпроп агитпропом, но суть от этого не меняется. Пусть даже с налетом респектабельности, в долгосрочном, более широком плане — это поражение.

Фото Ходорковского: Митя Алешковский, отсюда.

Цитата Познера полностью:

"Есть ли у него политические перспективы в России? Думаю, что нет. Я не представляю, кто, если говорить широко, будет голосовать за Ходорковского? Не говоря о том, что, вы уж меня извините, что я это говорю, он еврей, во-первых, а в народе это не самое лучшее, что может быть, кроме того, бывший олигарх, богач. Нет, нет!"

Селфи с блондинкой.

(обзор английской печати)

Хелле Торнинг-Шмитт.

Знаете, что сегодня (11 декабря) обсуждают больше всего в английской печати? 

Пристойно или непристойно фотографировать себя на больших официальных церемониях, как, например, на церемонии прощания с Манделой? Высокоморальная Daily Mail возмущается, желтая Sun больше интересуется блондинкой, с которой Обама и Камерон сфотографировались. (Здесь еще лучше ракурс, с ногой и ревнующей Мишель.)

Блондинка — это премьер-министр Дании Хелле Торнинг-Шмитт. Между прочим, замужем за сыном Нила Киннока, знаменитого бывшего лидера английских лейбористов. Супруги видятся в основном по выходным, Киннок приезжает в Данию.

Редактор датской газеты "Политикен" сказал, что не знает, что там между Обамой и Хелле происходит, но датчане с веселым интересом восприняли новость о совместном англо-датско-американском селфи. А Мишель Обаме, судя по фотографиям, публичные обнимания с блондинками не очень понравились. 

Среди других топ-новостей: противостояние демонстрантов и полиции на Майдане и легализация марихуаны в Уругвае (нота-бене: на туристов, в том числе российских, не распространяется).

Selfie - слово года 2013 по версии Оксфордского словаря английского языка. В русском языке селфи отчаянно конкурирует со словом самострел в этом новом значении, еще даже не зафиксированном словарями. Яндекс дает 218 тысяч ответов на запрос “самострел”, на “селфи” — 171 тысячу, на “сэлфи” 197 тысяч. Гугль дает больше результатов, но соотношение самострел-селфи примерно такое же. То есть идет ожесточенная борьба. 

Самолёт в свое время вытеснил аэроплан. Поможет ли датская блондинка слову селфи опередить наш самострел, покажет будущее.

И еще. Кто верит, что Россия — родина слонов, посмотрите: автор этого блога утверждает, что родина селфи — Россия, причем еще дореволюционная. Первую Селфи сделала своим "кодаком" будущая страстотерпица великая княжна Анастасия Романова. Хотите верьте, хотите нет.

Читайте также английскую версию этой заметки Selfie in Russian.

На фото Mogens Engelund: Хелле Торнинг-Шмитт, 2008 г., отсюда.

Мандела, Европа и СССР.

Нельсон Мандела. 1937 г.

Нельсон Мандела, наш великий современник, скончался вчера ночью.  

О его наследии сейчас говорят по всему миру. Для африканцев — он прежде всего символ освобождения, победы над апартеидом, несгибаемости в борьбе. Еще в нем видят лидера, сумевшего сохранить лоскутную, многорасовую, многонациональную страну — и сделать ее процветающей. Для Европейского Союза Мандела —вдохновляющий пример настойчивого поиска компромиссов и согласия в строительстве многонационального пространства. Его любят и просто как обаятельного лидера, каких мало в мире.

Маленькую девочку спросили сегодня, знает ли она, кто такой Мандела. Она ответила совсем по-рождественски: “He is the Prince of Love and Peace” — “Он Князь мира и любви”.

Вначале 80-х в лондонском бюро ТАСС я работал с английским журналистом Брайаном. Он писал о закрытой для нас тогда Южной Африке, о которой у меня было смутное представление. Раз увидел у него сообщение об акциях с требованием освободить Манделу. Попросил рассказать о нем. Так началось знакомство с этой интереснейшей страной. Потом я и сам там побывал, вскоре после освобождения Манделы и легализации Африканского национального конгресса, но до распада Советского Союза. Мне было ясно, что происходит что-то очень позитивное и что процессы похожи на перестроечный СССР. Президента де Клерка называли тогда южноафриканским Горбачевым. Статью опубликовали “Известия”, но мне попало — за позитив о расистской ЮАР...

Советский Союз поддерживал южно-африканских коммунистов еще задолго до Манделы. Компартия Южной Африки была поначалу, в 1920-х годах, исключительно белой, ее базой были шахтеры — горные мастера, под которыми трудились черные рабочие. Потом Коминтерн заставил южноафриканских товарищей переориентироваться под лозунгом создания “республики коренных”, то есть черных жителей страны — тогда британской колонии. Лозунг был отброшен лишь в 40-е, когда ясно было, что британская империя начинает рушиться, а коммунистам нужно искать новые пути.

Правящее белое меньшинство в это же время, в 1948 году, ответило на новую ситуацию установлением режима апартеида — официального, на государственном уровне разделения белых (англичан и африканеров) и небелых. В ЮАР десятки африканских народностей и большое число выходцев из Индии. Сегрегация касалась не только раздельного проживания, были вообще две отдельных жизни для белых и небелых. Черные были лишены политического представительства, а в 70-е даже гражданства. И АНК, и компартия были объявлены вне закона.

Нельсон Мандела принадлежит к тому поколению, которое вступило в борьбу за свободу Южной Африки уже в 60-е. Ведущей силой оппозиции режиму апартеида был Африканский национальный конгресс, но в него входили и коммунисты. Чернокожий Мандела и лидер южноафриканских коммунистов белый Джо Слово оба состояли в военизированной организации АНК “Умконто ве сизве” — “Копьё нации”. Слово был даже начальником штаба “Умконто”. 

Советский Союз политически и материально поддерживал АНК, запрещенный в ЮАР с 1960 по 1990 год. В СССР готовились активисты Конгресса, ему поставлялось советское оружие, военные училища готовили командиров, а на базах в Анголе прошли подготовку более двух тысяч бойцов “Копья”. Дело было нешуточное, шла по существу война. А в США АНК аж до 2008-го числилась террористической организацией. 

Манделу потом противники упрекали в том, что коммунисты “использовали” АНК. В автобиографии “Долгий путь к свободе” (Long Walk to Freedom) Мандела отвечает: “Но кто скажет, что мы сами не использовали их?”

В этой полушутке больше, чем “насмешка горькая обманутого сына”. Это замечание  еще и дань тому трудному пути, который и черные, и белые южноафриканцы прошли в поисках формулы нового союза для страны с таким тяжелым грузом расовых, национальных, межэтнических, да и идейно-политических конфликтов, какого, может, ни у кого больше нет. Может, только с СССР сравнить.

Когда в 1994 году АНК пришел к власти и Мандела стал президентом, СССР уже не было. Казалось, что и ЮАР не устоит, белые уезжали, происходило массированное бегство капиталов, между группами черных африканцев вспыхивали ожесточенные столкновения. Кроме этого в стране свирепствовала эпидемия преступности и СПИД. По данным ООН, к 2007 году 5,7 млн.человек —18 процентов взрослого населения — были заражены ВИЧ/СПИД. Это самый высокий уровень в мире.

И вот в этой ситуации нужно было найти новую формулу. Эту формулу Мандела видел в строительстве нового национального единства, основанного на расовом и национальном равноправии, взаимном уважении и социальной справедливости, при сохранении собственности и свободного рынка. Тогда его поддержали и коммунисты. Старый боевой друг Джо Слово стал министром в правительстве АНК. 

Рвавшихся к мести остановили, инвестиции гарантировали. Создали Комиссию правды и примирения — судебный орган, в котором долго заслушивались свидетельства воевавших сторон, белых и черных. С амнистией даже самым жестоким. Эту комиссию можно было считать аналогом “суда над КПСС”, так толком и не состоявшегося. 

Постепенно Южная Африка развернулась, дела пошли на подъем, сейчас, как и раньше, это крупнейшая экономика континента. С 2010 года, когда Мандела триумфально принимал чемпионат мира по футболу, страну включают в число BRICS (S — это South Africa) наряду с Россией, Бразилией, Индией и Китаем.  

Об этой стороне наследия Нельсона Манделы сегодня хочется напомнить — о его роли Князя 

Мира, человека, примирившего непримиримое. 

Эта заметка опубликована 

 также в моем блоге "Как в Европе" 

на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.