Париж. Про любовь под замком.

Олимпиада олимпиадой, а еще в эту пятницу 14 февраля — Св.Валентин (Valentinus на латыни), день всех влюбленных. Возник из англо-французского народного поверья, что именно в этот день птицы начинают искать себе пару. Так ранне-христианский мученик стал покровителем влюбленных.

Пон-дез-Ар.
Фото автора.

Сейчас на Валентинуса дарят в основном шоколад, в форме сердечка или так просто. Почему шоколад с любовью связан, точно не скажу. Одна моя подруга решительно утверждает, что шоколад гораздо надежнее мужчин. Понимайте как хотите. 

Шоколад — традиция тоже европейская. Европейцы вообще больше всех в мире поедают шоколада — 49,32%. По данным International Cocoa Organization, на среднего англичанина, швейцарца или немца приходится 11 кг шоколада в год. Тогда как на одного индийца только 165 г, а на одного китайца — 99 г (данные Euromonitor International). Правда, поедание шоколада в Азии стремительно растет. Не в последнюю очередь благодаря Св.Валентину. С этим праздником связывают пять процентов общих продаж шоколада. А всего шоколадный бизнес в мировом масштабе оценивается в 83 млрд. долларов, то есть в сумму, большую чем годовой ВВП 130 стран мира (данные World Bank).

С любовью еще одна традиция связана, недавняя, возникла в последние лет десять — вешать в заветных местах замок. В Москве — на Болотной, в Париже — на трех разных мостах через Сену.

Как это влияет на объем продаж замков и цены на цветные металлы, отдельных цифр мне так и не удалось найти. Гулял на днях по Парижу, так что просто поделюсь впечатлением — замков много, мосты ими просто сплошь увешаны. 

Один из этих мостов, самый популярный — Pont des Arts. Он где Лувр выходит на Сену. Набережная называется именем Миттерана. Когда ему надоедало быть президентом, Миттеран шел туда гулять и разглядывать книжки у букинистов. Другим концом Пон-дез-Ар выходит на Рив-Гош — левый берег Сены. Прямо перед Institut de France, где находится Bibliothèque Mazarine. Библиотеку организовал кардинал Мазарини, тот самый, из "Трех мушкетеров" (“Двадцать лет спустя”).

А еще Mazarine — это имя дочки Миттерана из его тайной, параллельной семьи с Анн Пенжо. Назвали так во имя взаимной любви — к книгам. 

А может, у них что-то такое, особенное, на этом мосту случилось. Кто гулял с подругой вдоль реки, знает, как это бывает. Связан ли обычай вешать там замки любви с Миттераном, не могу сказать. Как бы то ни было, а Пон-дез-Ар сейчас весь в cadenas d'amour — замках любви. Пишешь “Вася+Маша=Любовь”, вешаешь на решетку, а ключ — в реку. В знак вечной и нерушимой. Там и в самом деле много на русском надписей.

В городе неожиданное поветрие сначала по-разному восприняли. Кому-то понравилось, романтично. Другие ругались — вандализм, безобразие, ключики реку загрязняют, да и вес замков такой, что вот-вот мост рухнет. Потом, весной 2010 года замки на Пон-дез-Аре в один день вдруг исчезли. Мэрию стали ругать, вот не уважают чувств влюбленных, портят имидж столицы как самого романтичного в мире города. Мэрия оправдывалась, не мы это. Оказалось, срезал студент из Школы изящных искусств для своего проекта — скульптуры из этих самых замков. А влюбленные немедленно переключились на другой мост — Архиепископский, Pont de l'Archevêché, выше по Сене, за Нотр-Дамом. Это тот мост, у которого Джин Келли и Лесли Кэрон под музыку Гершвина танцуют в фильме An American in Paris. Там и сейчас тоже вешают замки. 

Парижские власти вроде бы разобрались, как быть. Теперь решено каждые шесть месяцев замки срезать “в целях безопасности”. Ну и место освобождать же надо для новой любви.

Есть и “городская легенда” про два моста. Замок на Пон-дез-Ар — это для подтверждения и сохранения любви навеки. На Архиепископском, оказывается, вешать надо для приворота. То есть пишешь себя и свой предмет — и любовь придет. Действует ли, я не проверял, но если кто едет в Париж на Валентинус, имейте в виду разницу. 

Если не взяли с собой замочек, у мостов уличные продавцы предлагают. И маркер с несмываемой краской у них есть. Для сведения, чтоб не очень переплачивать: цена замка в магазине — полтора-три евро.

Кто загрустил в одиночестве, тоже приходят на мост любви. Я видел такую надпись на перилах: “Александра. Была здесь одна”. А ниже приписано: “Я тоже. Позвони. Жан-Пьер”. И телефон. Там еще что-то было дальше, но не успел прочитать — меня утащили за рукав...

Эта заметка вышла также в моем блоге "Как в Европе" на портале BFM.ru. Тексты могут отличаться.

Шоколадная цифра лукавая.

La belle chocolatière.

Как только заканчивается Рождество-Новый год, массовый маркетинг переключается на следующую большую дату — 14 февраля, день Св.Валентина или Валентины— день всех любящих и влюбленных. И то и другое связано с шоколадом.

Почему, понятно. Во рту тает, настроение поднимает. Сладкий, красивый. Некоторые женщины уверяют еще, что “шоколад гораздо надежнее мужчин”. Это утверждение в качестве “моей любимой цитаты” можно на многих шоколадных сайтах увидеть. 

Что говорят мужчины, сказать трудно. Не слышал ни от кого, что шоколад надежнее женщин.

Хотя нет, о шоколаде мужчины тоже говорят. Вот недавно профессор Колумбийского университета (США) Франц Мессерли опубликовал в New England Journal of Medicine статью, из которой следует, что чем больше поедается в стране шоколада, тем больше данная страна производит нобелевских лауреатов. 

Идею исследования профессору подсказали лабораторные данные о том, что главный ингредиент шоколада — какао — способствует лучшему здоровью, продлевает жизнь и улучшает когнитивные функции у потребляющих. Опыты ставились в основном на крысах. Но даже и у улиток какао укрепляет память.

И вот Мессерли взялся сравнивать данные о шоколаде с данными о нобелевках по странам. По Мессерли, существует “тесная, значительная линейная корреляция между потреблением шоколада на душу населения и числом нобелевских лауреатов на 10 миллионов населения в 23 обследованных странах”. Корреляция казалась неоспоримой. Вероятность случайного совпадения 1 к 10 000. 

Журнал этот один из самых престижных в мире, и шоколадная цифра пошла гулять по мировой прессе. “Ешьте шоколад — получите Нобеля” — авторам газетных заголовков раздолье. Прямо как с плакатов Моссельпрома:

Чтобы стать лауреатом, объедайся шоколадом. Нигде кроме, как...

Как в Европе! У нас в Европе возник, как сейчас говорят, когнитивный диссонанс. Может, и не все читали развеявшую миф о величине советской экономики статью Василия Селюнина и Григория Ханина “Лукавая цифра”, но многие привыкли не принимать на веру сенсационные цифры. 

Какао, как известно, открыли ацтеки с майями. Причем настолько верили в его силу, что женщинам потреблять его запрещали. Испанские конкистадоры привезли какао в Европу. Потом, уже в XIX веке разработали технологию производства плиточного шоколада в европейских странах, в том числе в Швейцарии. Кто не знает Nestlé и Lindt? Швейцария также одна из первых в мире стран по производству нобелевских лауреатов. 

Но вот позвонили иммунологу Рольфу Цинкернагелю, нобелевскому лауреату 1996 года.

— Да что вы, — честно признался швейцарец, — в смысле шоколада я намного ниже среднестатистической. Сейчас, дайте прикинуть. Нет, не больше полкило в год.

То есть, если считать, что плитка шоколада весит 100-125 грамм, то получается всего ничего. По одному квадратику в неделю!

Тогда спросили более свежего лауреата — обладателя нобелевки 2010-го года по экономике Кристофера Писсаридеса, киприота, работающего в London School of Economics. Оказалось — правда! 

— Всю свою жизнь,— сказал Писсаридес,— сколько себя помню, люблю и ем шоколад. От него у меня всегда поднимается настроение. Видите ли, чтобы сделать нобелевское открытие, нужно заметить что-то такое, чего до тебя никто не замечал. А для этого нужно хорошее настроение. Но, — тут же оговорился ученый, — не приписывайте мне ложного. Шоколад — это не главный фактор. 

Ну вот, и тут какая-то неопределенность.

Может, американские нобелевцы более решительно выступают за шоколад?

Физик Эрик Корнелл, лауреат 2001 года, в разгар шоколадной сенсации разразился панегириком черному (горькому) шоколаду. 

— Всем своим успехам я обязан тому, что много ем черный шоколад, а шоколад молочный делает тебя глупым, — сказал он.— Только черный шоколад и никакого другого. 

Позже, чтобы уточнить точку зрения знаменитого физика, ему снова позвонили из Европы. И вот тебе на! 

— Я очень сожалею о своих скороспелых заявлениях,— сказал на этот раз Корнелл.— Прошу, оставьте меня и мою семью в покое. Мы, ученые, должны стремиться к объективной нейтральности и воздерживаться от деклараций о приверженности черному или молочному шоколаду.

Какой-то полный нонсенс получается. 

В чем ошибка выкладок профессора из Columbia University объяснил профессор Джон МакИннесс из Edinburgh University. Он один из главных британских авторитетов в области статистики, занимает должность стратегического советника по количественным методам анализа при Economic and Social Research Council Великобритании, полуправительственной организации, занимающейся оценкой и финансированием перспективных научных разработок.

— Данные по нобелевским лауреатам относятся к отдельным индивидуумам,— говорит МакИннесс.— Данные же по потреблению шоколада — к целым странам. Объяснительный механизм статьи переносит уровень интеллекта, что является характеристикой отдельного индивидуума, на целые страны. Это хорошо известно под названием statistical ecological fallacy (статистическая экологическая ошибка). То, что верно для индивидуума, не является таковым для группы, к которой индивидуум принадлежит. И наоборот.

— Но это еще не все, — продолжает шотландский профессор.— Число нобелевских лауреатов как мера интеллектуальной эффективности страны содержит данные за последние сто лет. В то время как данные по потреблению шоколада основаны на статистике за последний год или несколько последних лет. Мне неизвестно ни одной научной теории, где причинно-следственные связи улавливались бы с помощью путешествий во времени. Связь между данными за один 2010 год и данными за сто лет оценивается как невысокая вероятность.

То есть, если без научных политесов, как — ерунда.

Ну а как же шоколад? Есть или не есть?  

Кого надежнее шоколад, мужчин или женщин, — это кому как, кто с какой стороны смотрит. Мне же ближе отношение жизнерадостного киприота. Если от шоколада все поднимается, значит, хоть на нобелевку, хоть на все остальное, настроения хватит. 

На Св.Валентину, а также по всем остальным, старым и новым праздникам, шоколад — дарите и лопайте!

Картина "Шоколадница", 1743-45, автор Жан-Этьен Лиотар.

Эта заметка* опубликована также в моем блоге Как в Европе на портале BFM.ru. Текст слов** может несколько отличаться.

* "Заметка" - это из старого известинского фольклора. Слово означает малый информационный жанр, но на профжаргоне так называли и многостраничные, практически журнальные очерки матерых журналистов.

** Тоже из старого журналистского жаргона, намеренно юмористическое искажение.