Показаны сообщения с ярлыком интеллигенция. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком интеллигенция. Показать все сообщения

понедельник, 8 июня 2015 г.

Дети Живаго (к обструкциям в РГГУ)

М.Нестеров, "Портрет академика Павлова".
Фото отсюда.

Недавно в Российском государственном гуманитарном университете и на некоторых других академических площадках студенты и преподаватели устроили обструкции  Николаю Старикову, которого называют идейным лидером движения "Антимайдан".

Об обструкциях и возможности или невозможности присутствия националистов и конспирологов в университетах и академических институтах, как и о возможности или невозможности вести разумную полемику  — другой разговор.

Сейчас хочу предложить две цитаты из книги "Дети Живаго. Последняя русская интеллигенция" (2009 г., на английском: Zhivago's Children. The Last Russian Intelligentsia). Автор — Владислав Зубок, известный советский и российский историк, специализирующийся на истории холодной войны и СССР. В книге речь идет о том, как менялись настроения в среде интеллигенции в советский период, особенно в поздне-советский.


Вспомнил о них, подумав, как все-таки необычно работает преемственность и как неотступно, пусть и по-разному, в разных поколениях возникает необходимость отстаивать автономность, независимость мысли.



Это история борьбы интеллектуалов и творческой интеллигенции за восстановление автономности от автократического режима, стремившегося контролировать общество и культуру. Это все же также история о том, какую большую цену они заплатили за эту автономность, и прежде всего о медленном и болезненном исчезновении у этих людей их революционно-романтического идеализма и оптимизма, их веры в прогресс и просвещение народа, — той веры и тех ценностей, которые они унаследовали от российской интеллигенции XIX века.

И еще:

В университетах и других учреждениях культуры большинство из тех, кто выжил в период террора, это были профессора, которые не разделяли коммунистический строй идей. Они,  напротив, были воспитаны в традициях либерализма и гуманизма девятнадцатого века, и не могли не передавать своим студентам свои манеры, привычки, этические стандарты и эстетические предпочтения, — при этом держа про себя свои политические взгляды.

(Перевод мой, на английском:


"It is a story about the struggle of intellectuals and artists to regain autonomy from an autocratic regime seeking to control society and culture. Yet it is also a story about the heavy price they paid for this autonomy, and above all about the slow and painful disappearance of their revolutionary-romantic idealism and optimism, their faith in progress and in the enlightenment of people, beliefs and values inherited from the milieu of the Russian intelligentsia of the nineteenth century."


"Most of the survivors of the terror at universities and other cultural institutions were, paradoxically, the professors who did not share the communist idealism. They, who had instead been brought up in the nineteenth-century traditions of liberalism and humanism, could not help passing on to their students their manners, habits, ethical standards, and aesthetic attitudes — while keeping their political views to themselves.")


Посмотрите заметку и дискуссию Zhivago's Children на блоге Languagehat.com. Владислав Зубок сейчас работает в Лондонской школе экономики (LSE). Его био и сообщение о текущих проектах есть на сайте школы. Если кому-то фамилия показалась знакомой, да, Зубок — внук известного советского историка-американиста Льва Зубка, автора книг по истории США XX века.

Здесь видео, снятое в аудитории РГГУ:



пятница, 22 мая 2009 г.

Памяти Олега Янковского


Сегодня в Москве на Новодевичьем хоронили Олега Янковского, одного из лучших русских артистов послевоенного поколения. Для меня он - один из лучших типов современного русского интеллигента.

Янковский, как рассказывают, стал кинозвездой случайно. В театральной столовке провинциального города его увидел Владимир Басов, искавший для фильма "Щит и меч" актера с "арийской" внешностью - на роль Генриха Шварцкопфа.

С тех пор Янковский снимался много, иногда по два фильма в год. В Каннах сейчас как раз показывают последнюю его работу - роль митрополита Филиппа в фильме Павла Лунгина "Царь" (сюжет и другие данные о фильме здесь).

Фильмы были разные по художественному уровню, но каждый, благодаря участию артиста, оказывался смотрибельным. Симпатичная внешность, ироническая улыбка - всем лицом, пронзительные глаза, интеллигентный мягкий голос - даже в сценах с криком, с надрывом выходило как-то нежестко, без обычной русской ломкой истеричности.

Янковский мне больше всего помнится по фильму "Служили два товарища", где он играет бойца Некрасова вместе с Роланом Быковым. В ролях второго плана - тоже артисты первой величины: Папанов, Алла Демидова, Высоцкий, Ия Саввина, в малых ролях - Николай Бурляев и Крючков.

Фильм 68-го года вроде бы стандартно-советский рассказ о завершении гражданской войны, а на самом деле - о невыносимых противоречиях, на которых была замешана революция, прежде всего о нетерпимости, о недоверии, о легкой жестокости. На поверхности читалось - "классовое", но в середине 60-х, через десять лет после ХХ съезда, когда "фестивальное", хрущевское поколение уже повзрослело, успокоилось, но еще не прониклось горьким отчаянием брежневского застоя, - в середине 60-х было уже ясно, что не об одном "классовом" речь. Общечеловеческое, гуманистическое было утрачено.

В фильме бывший студент-химик, красноармеец Некрасов направляется командованием на воздушную киносъемку перекопских укреплений белых. В помощники ему дают пролетария Ивана Карякина (Ролан Быков), разжалованного за необоснованный расстрел пленных. Им удается вернуться со съемки, трижды избежав верной смерти - в основном благодаря находчивости Некрасова.
В главной сцене фильма Некрасов-Янковский показывает снятое командирам. Съемка не получилась, из нее ничего невозможно понять и расстроенное начальство отправляет Некрасова восвояси.
Но тут его ассистент и "друг" Карякин начинает крикливо обвинять Некрасова в предательстве, хватается за револьвер. Становится страшно: кому поверят? Пожилой командир полка (Анатолий Папанов) выговаривает Карякину и не придает делу "политического" значения.
Некрасов уверяет, что может по "фотографической" памяти нарисовать укрепления на перешейке со всеми вооружениями. Его рисунок совпадает с данными разведки. Вместо неудачника-полупредателя он вдруг становится героем, получает в награду маузер.
Карякин примирительно просит показать маузер, говорит, что ошибся, погорячился. "Это не ошибка, это - предательство", - говорит Некрасов.


Сцена эта, как и многое другое в фильме, замечательна. Со времени Лопухова (Чернышевский) и Разумихина (Достоевский) в русском искусстве не было интеллигентов, явно превосходивших "людей из народа". Поколение за поколением интеллигенция сдавала позиции, винясь, метаясь, страдая от собственной никчемности, идя на компромиссы - предавая себя. В этот же период Юрий Трифонов пишет московские повести, где главное - моральная катастрофа интеллигента.

И с другой стороны мы вдруг увидели "звериный оскал" пролетариата.

"Служили два товарища" и сейчас остается одним из самых популярных советских фильмов. Картина теплая, с революционной романтикой, но без официального советского глянца. Глубокий смысл её, по-моему, еще не оценен вполне.


И потом, конечно, Янковский стал яркой звездой поздних фильмов Тарковского - после скоропостижной смерти Анатолия Солоницына. Его роль в "Ностальгии" просто великолепна.

На снимке Олег Янковский в 2007 г.
Фото: Татьяна Панкратова, bulldog-fill.com/kino.htm


"Служили два товарища" можно целиком посмотреть на YouTube:
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...