суббота, 23 января 2016 г.

Литвиненко. Что такое публичное расследование?

Роберт Оуэн (к тексту не имеет отношения)


Вердикт судьи Роберта Оуэна по делу Литвиненко вызвал повсюду бурную реакцию. Среди прочих вопросов, остается и что будет дальше, и каков статус самого публичного расследования.

Насчет реакции удивительно даже не то, какой она оказалась острой, а что противоречива до наоборот. Там, где, казалось, должны были бы сказать “а мы другого и не ожидали”, поразились — ну ничего себе. Там же, где могло бы быть настоящее возмущение, заявляют, что ничего особенного не увидели, всё как и было задумано.

Проницательные комментаторы обещают, что ничего суперстрашного не будет. Лондонскому Сити нужны русские деньги. Помоют немного, но слишком уж трясти не будут. Западу в целом Россия нужна как партнер в развязывании и сирийского узла, и в разматывании украинского клубка, и в иранской многоходовой истории, не говоря про международный терроризм.

Отношения, конечно, подпорчены, но не разорваны. Заявление Дэвида Кэмерона прозвучало как парафраз знаменитого высказывания железного Феликса о чистых руках, холодной голове и горячем сердце: отношения с Москвой продолжатся, но подход будет “с чистыми глазами и очень холодным сердцем” — “with clear eyes and a very cold heart”.

Еще один вопрос, ответ на который может дать ключ к пониманию того, что будет дальше, — это вопрос о статусе “публичного расследования”, public inquiry. Что это такое? “Англо-русский юридический словарь” в гнезде inquiry дает определение: “официальное расследование”. 

В британской государственно-правовой системе публичное расследование назначается в особо сложных случаях. От обычного судебного разбирательства оно отличается, среди прочего, тем, что суд может по разным причинам, в том числе и чисто техническим, удалить из дела разные неудобные или трудно подтверждаемые детали. То же может сделать и коронер — неполицейский следователь по делам о внезапной или подозрительной смерти. Публичное расследование позволяет рассмотреть и оценить всё привходящее. В то же время это не полностатусный судебный процесс, а именно разбирательство для установления обстоятельств определенного происшествия. Его возглавляет обычно опытный юрист, судья или член Палаты лордов.

Сэр Роберт Оуэн был назначен на дело Литвиненко, потому что он уже занимался им несколько лет назад как раз в качестве коронера, точнее, помощника коронера по округу Северный Лондон. В качестве председателя публичного расследования ему было предоставлено больше материалов, в том числе и тех, что остались вне общественного поля. 

Институт публичного расследования существует давно. Они назначались еще в 19-м веке. Тогда власти пользовались ими, чтобы выпустить пар общественного недовольства, а суть дела замять. Однако после второй мировой войны и до недавнего времени эти расследования приобрели характер “товарищеского суда” над властями, расследования случаев коррупции или халатности, приведшей к трагическим последствиям. Среди громких public inquiries уже нашего века расследование крушения электрички у лондонского вокзала Паддингтон и дело серийного убийцы врача Шипмэна. Нарушениями закона в прессе занималось расследование лорда Ливисона, в результате которого лишились работы несколько главных редакторов ведущих британских изданий. Газетный магнат Руперт Мердок даже закрыл одну из старейших английских газет из-за скандала. 

В число разбирательств с политической окраской входит несколько по поводу войны в Ираке, включая и подозрительные обстоятельства самоубийства Дэвида Келли. Эксперт по оружию массового уничтожения, он сделал заключения, давшие основания для участия Британии в той войне. Другое дело, одно из самых сложных, тоже о последствиях участия страны в иракской войне, с 2009 года ведет, но так и не может закончить сэр Джон Чилкот, хотя обычно публичные расследования завершают в течение около года.

Около года хватило для выводов и Роберту Оуэну. То, что выводы публичного расследования не равны по силе приговору суда, не означает, что на них можно не реагировать. Слишком велик общественный резонанс. И это далеко не всем нравится в британском истеблишменте. 

Независимость и судей, и руководителей публичных расследований — это дело святое, никто не смеет об этом даже заикнуться. Назначать же или не назначать публичное расследование — это прерогатива властей, а точнее — исполнительной её ветви, то есть правительства. Этот элемент системы был усилен законом 2005 года о расследованиях (The Inquiries Act 2005). Закон тогда вызвал критику и в парламенте, и со стороны правозащитных организаций, которые сочли, что крен произошел в пользу правительства и в ущерб правам и свободам. Закон, в частности, отменил другой, от 1921 года, служивший до этого основой для назначения публичных расследований.  

Таковы некоторые особенности проведения public inquiries, а что касается последствий, это уже другой разговор.

Эта заметка опубликована также в моей колонке "Как в Европе" (21 января 2016) на портале BFM.ru.

"I am sure". Роберт Оуэн оглашает свои заключения:

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...